Дороти Херст - Тайны волков

— Они не видят ночью, и у них нет шерсти, — дивился он, — поэтому люди делают ночь светлее и теплее с помощью огня и горящих палок. Они не могут унести много мяса в животе, поэтому придумывают разные штуки, чтобы забрать добычу домой.

Аззуен продолжал обнюхивать сани и лизать палки, которыми люди освещали себе дорогу. Я оставила его и принялась наблюдать за Халином, размышляя, достаточно ли мы сделали и получим ли приглашение в стойбище через столь короткое время. Люди как будто совершенно позабыли про нас, пока собирали мясо и радовались. Я слышала, как двое хвастались охотой, как будто все сделали сами. Впрочем, время от времени я ловила взгляд Халина, который наблюдал за нами.

За час до рассвета появились гиены. Четыре твари прокрались на равнину, пытаясь стянуть мясо прямо из той кучи, которую люди собирались класть на огонь. Я увидела гиен первая и предупреждающе тявкнула. Несколько человек с острыми палками вскочили на ноги, но, прежде чем они успели подойти к гиенам, мы с Аззуеном и Тревеггом бросились вдогонку за падальщицами. Гиены, должно быть, сначала увидели и учуяли только людей — когда они заметили троих волков, то сбежали без боя. Две из них даже уронили мясо, которое стащили. Третья удрала, а четвертая — видимо, вожак — остановилась, обернулась и зарычала. Я бросилась вперед и цапнула ее за ляжку, вырвав клок шерсти. Гиена щелкнула пастью, прежде чем припустить вслед за сородичами, но не задела меня.

Весьма довольная собой, я зарысила обратно к Старому Лесу с гиеньей шерстью в зубах. Халин ждал. Он взял шерсть и ткнул меня в ребра — видимо, у человеческих самцов это считалось проявлением дружеских чувств.

— Хорошо, волк, — сказал он. Я подавила удовлетворенный рык. На людей повлиять было нетрудно, совсем как на щенков.

Уже перевалило за полдень, когда люди медленно двинулись в обратный путь, к стойбищу, сгибаясь под тяжелым грузом. Мы следовали за ними, держась на виду, пока они шагали через лес и переходили реку. Еще дважды падальщики пытались напасть, и всякий раз Халин кричал, чтобы мы помогли их отогнать. Когда люди наконец добрались до деревни, мы остановились и подождали, готовясь убежать, если они не пожелали бы нас пригласить. Но Халин заметил меня и протянул руку. В груди потеплело, и я улыбнулась. Мы с Аззуеном и Тревеггом подошли к Халину. Мы-то думали, что будет гораздо труднее, что придется убеждать людей пустить чужаков в свое жилище. Но Халин сел у костра, притянув к себе с одной стороны меня, а с другой Аззуена. Тревегг устроился впереди. Я слышала, как некоторые люди заворчали и отодвинулись, но Халин был вожаком, и они подчинились. Халин дал каждому из нас по куску обожженного мяса и позволил сидеть, греясь теплом человеческого огня.

Я проснулась ночью от приглушенных голосов. Сначала я решила, что Рууко и Рисса собираются на охоту, потому что уже стемнело — настало любимое охотничье время Риссы. Потом я почувствовала аромат мяса и смешанный человеческий запах дыма и плоти и вспомнила, где нахожусь. С заколотившимся сердцем я подняла голову, не в силах поверить, что заснула так крепко, окруженная непредсказуемыми существами — людьми.

Халин ушел, его запах вел к постройке из камней и глины. Аззуен похрапывал у огня, а Тревегг лежал без сна, положив голову на лапы. Ушами и глазами он следил за притихшим становищем. Одни люди разошлись по своим самодельным логовам, другие спали или тихонько работали, сидя у огня, а третьи охраняли стойбище. Мне стало стыдно, что я заснула, предоставив Тревеггу сторожить нас. Когда он увидел, что я проснулась, то заворчал, вздохнул и устроился поудобнее.

Я встала и потянулась, прогоняя сон. Снова послышался негромкий разговор, и я поняла, чт о меня разбудило. Один из голосов принадлежал Тали.

Они с Бреланом сидели у маленького костра, и юноша протягивал ей небольшой сверток, от которого пахло оленем. Поначалу я подумала, что он принес девочке в подарок мясо, и неудивительно, раз он хотел сделать Тали своей спутницей. Но мы ведь охотились на лошадей, а не на оленей, и вдобавок от свертка пахло не свежеубитой добычей, а шкурами, которыми люди прикрывались от холода, хотя подарка Брелана не хватило бы, чтобы прикрыть даже Тали. Озадаченная, я подошла поближе. Тали положила руку мне на шею, а я принялась нюхать шкуру, сложенную в несколько раз, так что она была не длиннее чем в полруки девочки. Брелан поднял сверток над головой.