— Она слышала, как об этом говорили копы, — возразила Патси. — Но если Джек и правда похитил тех женщин, тебе должно быть об этом известно.
Мартин похолодел. Он сказал, что ничего не знает и у него нет времени, потому что ему нужно еще зайти за деньгами в другое место, схватил пакет с выручкой и пулей вылетел из кофейни.
Весь вечер он занимался своей обычной работой — собирал выручку и сдавал ее в банк, но его мозг продолжал работать в двух направлениях. С одной стороны, Мартин восхищался Дэном Рейнолдсом, у которого хватило духу избить самого Джека Трумена, и надеялся, что теперь Фифи и француженке уже ничего не угрожает. Он даже надеялся, что Трумена избили достаточно сильно, чтобы тот умер или хотя бы не смог больше заниматься своими грязными делами.
Но с другой стороны, Мартин понимал, что серьезно влип: Фифи могла опознать их с Делом.
Мартин встретился с Делом в стрип-баре «Синди» на Грик-стрит. Дел сообщил Мартину, что только что услышал из новостей по радио, что тех двух женщин из Бексли нашли. Одну из них отправили в больницу, а вторая умерла. Сказали также, что человек, которого подозревают в похищении, уже задержан.
Мартину пришлось признаться, что он уже об этом слышал.
Дел подрастерял весь свой кураж и хвастовство. Он казался напуганным.
— Я не знаю, какого черта мне сейчас делать! — воскликнул он. — Мы должны продолжать работать, как раньше, или лучше отсюда смыться?
— Если Джека посадят, нам никто не заплатит, — сказал Мартин. Он имел в виду, что им лучше исчезнуть, пока еще есть такая возможность.
— Да, но если мы смоемся, а его затем отпустят… — Дел оборвал себя на полуслове. Заканчивать фразу не было необходимости. Они оба знали, что в таком случае Джек с ними сделает.
— Ну, я не собираюсь торчать здесь и ждать, пока меня тоже повяжут, — пожал плечами Мартин. — Я еду домой к своей бабуле. И пробуду там, пока ситуация не прояснится.
— Хорошие новости, сэр? — спросил сержант Майк Воллис, когда зашел в участок и увидел, что его шеф прямо весь сияет от счастья.
Было утро четверга, и вчера Ропер весь день вел себя словно гризли с похмелья.
— Теперь нам есть чем похвастаться, — улыбнулся Ропер. — Кажется, у одного из людей Трумена все-таки хватило духу сделать признание. Обычно я соглашаюсь с выражением «Горбатого могила исправит», но, как я вижу, один из преступников не согласен с тем, что страдают дети и красивые девушки.
— Что ты такое говоришь! — улыбнулся Воллис. — Скорее похоже на то, что он знает, что его ждет, и старается спасти свою шкуру.
— Мне все равно, каковы его мотивы. Все, что мне нужно, — это результат. А сейчас мы с тобой отправимся в Брикстон повидаться с Альфи Маклом.
Почти сразу после приезда полиции на площадь Святой Анны в ответ на звонок Дэна Рейнолдса к Трумену домой в Эссекс была выслана группа полицейских с ордером на обыск. Но всего через несколько часов, когда они добрались туда, шкаф для хранения документов был пуст, так же как и сейф, а дверь дома открыта. Кто-то опередил полицию и убрал все улики, за которые можно было бы зацепиться.
Когда Джона Болтона нашли мертвым, прежде чем Ропер успел расспросить его о мужчине, с которым его видели на Дейл-стрит, в голове у следователя мелькнула догадка о возможной утечке информации в полицейском участке, но он отбросил ее, посчитав случившееся чистой воды совпадением. Даже когда Дэн сказал, что не пошел в полицию, потому что не хотел, чтобы Трумена предупредили, Ропер посчитал, что у Рейнолдса разыгралось воображение, что было неудивительно, если учитывать сложившиеся обстоятельства.
Но сейчас, глядя на пустой сейф, следователю пришлось признать, что Рейнолдс был прав. Меньше десятка людей знали о том, что дом Трумена собираются обыскивать, и все они были полицейскими. Если бы обыск планировался на завтра, Ропер еще мог бы поверить, что кто-то из ребят Трумена решил действовать по собственной инициативе, узнав, что босса арестовали. Но скорость, с которой улики исчезли, свидетельствовала об обратном, и Ропер чувствовал себя так, словно получил удар ниже пояса.
В среду утром он побывал в больнице в Мидлсексе и попытался вытянуть из Трумена хоть какие-нибудь сведения. Трумен был прикован наручниками к койке, а возле двери палаты дежурил полицейский, но Ропер все равно сидел как на иголках, опасаясь, что наемники Трумена попытаются отбить его у полиции. Преступник отказался говорить, а просто лежал на койке, словно персонаж из фильма ужасов, и вел себя как глухонемой. Роперу захотелось продолжить начатое Дэном Рейнолдсом. Кажется, некоторых ублюдков можно было заставить говорить только при помощи кулаков.
Читать дальше