«Благослови, Господь, помещика и его родню и сохрани для нас всё как есть» – так поется в гимне. Вот как устроено общество, и так и должно быть. Разве, к примеру, армия выстоит без дисциплины и званий? Звания и чины превыше всего. Приказы отдаются, и их надо выполнять – в этом секрет социальной стабильности. Генералы Чарльза и их офицеры знают, как выигрывать сражения, а рядовые пехотинцы должны выполнять приказы, не задавая вопросов. Так было всегда.
Бартли оскорбил ее титул и ее сословие непочтительностью, а она теперь должна кротко стерпеть это оскорбление и продемонстрировать христианскую силу духа – поддержать светскую беседу с его детьми. Но одно ясно наверняка. Никому из его детей никогда не будет позволено работать в поместье. Дети инакомыслящих слишком вольно ведут себя, задают слишком много вопросов. Этих жеребят не так-то просто объездить. Уж лучше их не замечать и держаться от них подальше: это другое племя, и пусть таким и останется.
Энгус дышал ровно, спокойно, так что она решила немного прибрать на полу. И что только доктор успел подумать об этом кавардаке? Что я не способна управиться с прислугой? Да один мой взгляд стоит двух моих рук… Но все-таки пускай Арки приберется в комнате к следующему его визиту. Вовсе не стоит давать ему повод для пересудов с его глупой женой.
Хестер краем глаза поймала свое отражение в зеркале. Писаной красавицей она никогда не была: высокая, сухощавая – если не сказать худая, но фигура изящно подчеркнута корсетом так, что грудь выдается вперед, как у ее идеала: новой королевы Марии. Тонкое кремовое платье, пожалуй, излишне фривольно для собрания попечителей работного дома, но сегодня так жарко. Да, вечная проблема жизни в деревне – постоянно помнить, что ты на виду и задаешь должный стандарт.
Супруга военного, она знала, как положено одеваться, как произвести впечатление на жен младших офицеров, чтобы те знали, к чему стремиться. Приходилось терпеть формальные визиты в школу – одеваться сдержанно, чтобы ничем не смутить мальчиков. Не забывать, что для матери она уже совсем не молода – так что никаких броских украшений или пышной отделки на широкополых шляпах. Тут все время балансируешь на грани – не перестараться, но и не пренебрегать, и, пожалуй, этим искусством она овладела вполне. Стоило ей облачиться в приглушенные тона: розовато-лиловый, бежевый, зеленовато-болотный, густо-серый или любимый ее серебристый, как настроение сразу же поднималось. У своей лондонской портнихи она заказывала нарядные платья для послеобеденных выходов и платья к чаю, юбки в мелкую и крупную клетку мягкой изысканной гаммы, меха и пестрое сукно. Шелк и шерсть, батист и отделка простым кружевом безошибочно подчеркивали ее принадлежность к высшему обществу.
Может быть, Йоркшир и покрыт дымом и сажей, но лучшие шерстяные ткани в мире появляются тут, прямо за этими вот холмами: в Лидсе и Брэдфорде. Спокойные оттенки придают ткани такое благородство. А в яркие цвета предоставьте наряжаться молодежи. Хестер – супруга полковника, дочь пэра, пусть и младшая из множества дочерей, а все же устроена достаточно хорошо, чтобы получать пригласительные открытки от Бирквитов из Веллерби-холла и леди Соммертон, родной тетушки директора Шарлэндской школы. Его жена Мод приходится кузиной лорду Бэнквеллу.
Как важно знать свое место на этой лестнице! Есть, конечно, и такие, кто слишком старается вскарабкаться немного повыше – взять хотя бы жену викария, Вайолет Хант, вот бедняжка.
Или доктор Мак со своей энергичной женой. У него две хорошенькие дочери, старшую уже вполне можно было бы познакомить с сыновьями. Но, конечно, все это без толку, мальчики пока слишком юны для подобных увлечений. Да, их ждет блестящая воинская карьера!
Внезапно ее охватила усталость, и Хестер присела на банкетку возле окна, устремив взгляд вдаль – за ограду сада, к фруктовой роще, спускающейся к реке, а за рекой поднимаются вересковые луга. Бронзовые лоскутки заплатками переплелись с золотисто-зелеными там, где траву успели скосить на сено. Жара стояла такая, что казалось, каменная ограда, бегущая через холмы, подрагивает узенькой серебристой лентой.
Эта часть Йоркшира, Вест-Райдинг, лежит в стороне от дорог, но, пожалуй, это и хорошо. Поездов в Лидс ходит предостаточно, по Мидланской дороге есть прямой маршрут до Лондона. Грубо вырезанная красота долин, величие известняковых шрамов и болот завораживали ее все больше. Ей нравился свежий влажный воздух, разве можно его сравнить с кошмарной фабричной копотью?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу