Энн Фортье - Царица амазонок

Мужчины были настолько поражены безупречным выстрелом, что никто даже не заметил того, как Мирина пошатнулась от боли.

– Однако у тебя острый глаз! – с улыбкой сказал ее мучитель, одобрительно хлопая девушку по спине. – Ладно, давай продолжим испытания…

Но тут он услышал ее сдавленный стон и, поняв, что перед ним женщина, в ужасе отшатнулся.

Видя изумление на лице юноши и испугавшись расследования, которое, как понимала Мирина, должно было за этим последовать, она быстро присела, чтобы собрать пять медных знаков, которые юноша уронил на песок, прижала их к груди вместе с луком и сбежала. Она так отчаянно хотела скрыться вместе со своим призом до того, как молодой человек нашел бы способ задержать ее и каким-то обманом лишить выигрыша, что даже не остановилась, чтобы прихватить заодно и цыпленка.

– Стой!

Молодой человек побежал за ней, но его голос звучал настолько злобно, что Мирина лишь прибавила ходу. Она взлетела по каменным ступеням вверх и понеслась по дороге, шедшей вдоль всего восточного залива, стараясь не налетать на встречных. Оглядываясь через плечо, Мирина видела, что молодой человек продолжает гнаться за ней, раскрасневшись то ли от бега, то ли от злости, и быстро решила направиться к шумному рынку вместо причала, где ее ждали сестры.

Мирина не знала, почему этот человек преследует ее, но подозревала, что он и не собирался отпустить ее с пятью медными знаками. Останься она там, он бы, без сомнения, потребовал от нее выигрыша в каком-то новом споре, просто для того, чтобы повеселить своих друзей.

Она была так занята мыслями о грозившей ей расправе, что даже не замечала, как городские стены смыкаются вокруг нее, пока не обнаружила, что находится в тупике, заваленном вонючими горами мусора. Скривившись от запаха, Мирина развернулась – и увидела молодого человека, который перекрывал ей путь к отступлению.

– Попалась, – сказал он с чрезмерным самодовольством, склонив голову набок. – Впрочем, может быть, под этой змеиной кожей припасена пара крыльев?

– Пожалуйста… – Сжимая в одной руке медные знаки, Мирина другой вытащила из-за пояса охотничий нож. – Я не хочу ничего плохого…

Молодой человек вскинул руки, хотя на его лице никакого беспокойства не отразилось.

– Я тоже не хочу ничего плохого. Я просто хочу увидеть твое лицо.

Мирина отступила на шаг назад, и ее пятки погрузились во что-то теплое и мягкое.

– Зачем?

– А почему бы и нет? – рассмеялся юноша.

– Эти знаки, – Мирина подняла кулак с зажатыми в нем бронзовыми пластинками, – мои. Разве не так?

Юноша явно удивился:

– Конечно, они твои.

– Тогда чего тебе нужно? – Мирина сделала еще шаг назад, но потеряла равновесие на скользкой грязи и пошатнулась.

– Я же сказал тебе. – Юноша подошел ближе, улыбаясь так, словно все происходящее было всего-навсего игрой. – Я хочу увидеть твое лицо. Ничего больше.

Мирина подняла нож, чтобы не позволить молодому человеку приблизиться.

– А потом что?

– Ничего, – пожал тот плечами. – Пойдешь куда хочешь.

Мирина колебалась, пытаясь понять, насколько он искренен. Затем наконец сунула нож обратно за пояс и быстро размотала повязку.

– Ну, смотри! – Она опустила глаза, чтобы не видеть его, как она была уверена, презрительного взгляда. – Насмотрелся?

Молодой человек не ответил. А когда Мирина взглянула на него, то не смогла понять, о чем он думает.

– Теперь я могу идти? – спросила она, снова наматывая на голову рваную ткань. – Пожалуйста…

И он наконец отступил в сторону. Мирина, даже не посмотрев на него, пустилась бежать со всех ног, снова крепко прижимая к груди драгоценные медные знаки.

Мирина вернулась к своим сестрам, когда солнце уже опускалось к воде, и увидела, что они снова спорят со сборщиком налогов.

– Эй, погодите! – закричала Мирина, спеша по сходням к внешнему причалу, где стояло их судно. – Сколько медных знаков нужно заплатить за одну ночь?

– Ну, смотря сколько у тебя есть, – ответил сборщик.

Мирина разжала кулак и показала ему знаки.

– А! – воскликнул сборщик. – Значит, две монеты. И еще две утром.

– Что? – Кайми вышла вперед; ее лицо все еще горело от спора, при котором Мирина не присутствовала. – А если утром мы не заплатим?

Сборщик налогов покачал головой:

– Тогда вам придется покинуть причал на рассвете. Но вы не сможете этого сделать. Не сейчас, когда дует северный ветер.

Позже тем же вечером, весьма скудно поужинав лепешкой – один медный знак за дюжину, – Мирина вдруг заметила хорошо одетого пожилого человека, стоявшего на причале рядом с их лодкой и пристально смотревшего на женщин.