Ниам Грин - Секрет Коко

— Кэт, — прерываю я ее беспочвенные фантазии, — я никогда не говорила, что хочу детей. Ты слышала, чтобы я хоть кому-нибудь такое говорила?

Она задумчиво вертит в пальцах бокал и вдруг выпаливает:

— Иногда мне кажется, что… — Тут моя подруга резко умолкает.

— Кажется что? — с нажимом спрашиваю я.

— Ничего. Это не мое дело. Не хочу совать нос, куда не надо.

— Бога ради, скажи уже. Мое терпение вот-вот лопнет.

— Хорошо. Не обижайся, но иногда я думаю, что ты попросту побоялась выйти из своей комфортной зоны.

— Не в этом дело.

— Разве? Подумай хорошенько, Коко. Том — прекрасный человек, он тебя готов был на руках носить. Знаю, переезжать на другой континент — действительно страшновато, но можно ведь было отнестись к этому как к величайшему приключению в своей жизни. Нельзя же прятаться в вашей лавке вечно.

— Я не прячусь в лавке.

— Уверена? — Она сверлит меня взглядом, который мне почему-то нелегко выдержать.

— Я не хочу больше об этом говорить, — пресекаю я все дальнейшие поползновения, чувствуя, как мои щеки заливает краска. Кэт, возможно, и лучшая моя подруга, но иногда она перегибает палку.

— Как скажешь, — вздыхает она. — Если тебе действительно этого хочется. Я просто не хочу, чтобы тебе пришлось потом об этом жалеть.

Моя подруга берет бутылку и наполняет наши бокалы вином.

— Давай-ка начнем сначала, — улыбается она. — О каких новостях ты хотела мне рассказать?

Я лезу в рюкзак, чтобы достать сумочку, хотя и не могу никак избавиться от чувства, что радость от моей величайшей находки несколько омрачена всеми этими разговорами о Томе. Когда я вытаскиваю элегантную 2.55 из чехла, Кэт реагирует незамедлительно.

— Ого! — восклицает она, ее глаза широко раскрываются, как у персонажа из какой-нибудь пантомимы. — Боже, она настоящая?

— Мы с Рут уверены, что настоящая, — подтверждаю я, повергая ее в шок. — Купила ее несколько дней назад на аукционе. Она лежала в коробках со всяким хламом. Мы почти уверены, что это коллекционная «Шанель» из первых моделей.

— Господи! До чего же круто! Я бы за такую убила! — смеется она и берет меня за руку. — Серьезно. В буквальном смысле слова, так что держи ухо востро, когда будешь домой возвращаться. Тебя могут при совершенно загадочных обстоятельствах ударить, скажем, битой по голове, очнешься — а сумочки и нет.

— Знаешь, я еще не решила, стоит ли оставить ее себе, — говорю я.

— Что? Почему? — удивляется она.

— Я чувствую себя виноватой, — вздыхаю я. — Точнее, это Рут заставляет меня так думать.

— Виноватой? — переспрашивает Кэт. — С ума сошла? Почему это ты виновата?

Хотелось бы мне забыть о чувстве вины, но никак не получается. Хоть я и нашла эту настоящую сумочку от «Шанель» совершенно случайно и, возможно, о ней мечтают все девушки мира — я не исключение, — но я не могу просто оставить ее себе и радоваться этому счастливому стечению обстоятельств. А что, если кто-то ищет ее, не жалея сил и оплакивая потерю?

— Должно быть, она попала в мои коробки по ошибке, — продолжаю я, не выпуская сумочку из рук. До чего же она красивая…

— Может, и так. И что с того? — недоумевает она.

— Не знаю, смогу ли жить с мыслью о том, что кто-то потерял такую вещь.

— Господи, Коко, ты же деловая женщина. Нельзя так переживать за незнакомых тебе людей — в этом нет никакого смысла. Да и как знать, откуда взялась эта сумка? Это вообще не твои проблемы!

— А Рут считает иначе.

— Глупости. Ты не несешь никакой ответственности за то, как кто-то обращается со своими вещами.

— А вдруг ее кто-нибудь ищет?

— Если бы искали, то догадались бы обратиться к аукционисту, а уж через него добрались бы и до тебя, точно тебе говорю.

Может, она и права — в конце концов, после аукциона прошло уже несколько дней, и Хьюго всегда ведет записи о продаже каждого лота.

— Возможно, — неуверенно отвечаю я.

— Говорю тебе, оставляй ее себе, — настаивает она, забирая у меня сумочку, чтобы получше рассмотреть. — Выглядит роскошно, тебе давно уже нужна такая вещица. Мы всегда думали, что тебе просто необходима сумочка от «Шанель» — чтобы имени соответствовать, помнишь? А знаешь, что я думаю? Мне кажется, это судьба, Коко. А против судьбы не попрешь, даже не спорь.

Я сразу вспоминаю о том, что сразу мне пришло в голову, как только я повесила сумочку на плечо — что ее мне послало само провидение. Но оставить ее себе — тоже неправильно.

— Может, это и судьба. А может — чье-то катастрофическое невезение, — признаю я.