Фаусто Брицци - 100 дней счастья

Вернувшись домой, я целую заснувшую перед телевизором Паолу. Оскар просил держать в тайне его похождения. Достаю тетрадку и вычеркиваю пометку «Разыскать мисс Марпл». Потом принимаю душ. Сегодня я ел только овощи, и теперь мне немного лучше. Я полон сил и оптимизма. А главное, мне очень хочется заняться любовью. Уже больше трех месяцев мы не занимались любовью. Своего рода рекорд. Даже когда Паола была беременна, такого никогда не случалось. Она приходит в спальню минут через десять после меня с чашкой чая в руке. Я делаю вид, что сплю. Потом поворачиваюсь, и пытаюсь поцеловать ее плечо. Она отстраняется.

– Лучио, ну прекрати.

«Лучио, ну прекрати».

Проведем логический анализ.

«Лучио» – обращение. Она не называет меня ни «любимый», ни «милый», что указывает на холодность и отстранение. Паола почти никогда не называет меня по имени.

«Ну» – весьма распространенное междометие. Обычно мы используем его, когда в чем-либо сомневаемся (ну, я не знаю), когда хотим усилить фразу (ну, не надо) и тому подобное. Употребленное вместе с глаголом «прекрати», оно приобретает весьма недвусмысленное значение, указывающее на недовольство (а ну-ка немедленно прекрати!) или просьбу (ну пожалуйста, прекрати). В моем случае и первое, и второе. Я противен своей жене. Если бы не дружище Фриц, боюсь, вместо больниц мы бы сейчас таскались по судам.

Я отворачиваюсь и думаю о том дне, когда мы снова сможем заняться любовью.

Когда проснусь, сразу же включу этот день в список важнейших дней моей жизни.

– Лучио, я влюблен.

Само собой, я процитировал Оскара. В партере помимо меня есть еще один зритель – сенегалец, который тем временем аккуратно готовит тирамису.

– Отличная новость.

– Да, но есть и ужасная новость.

– Какая?

– У нее есть жених.

Слово «жених» по отношению к Мартине Марпл вызывает у меня улыбку.

– Какой-такой жених? Разве она не вдова?

– Вдова-то вдова, но и жених имеется. Бывший инженер из Милана, пенсионер. Они встречаются где-то раз в месяц.

– И это значит?..

– И это значит, что вчера мы поцеловались, но потом она пустилась наутек. А сегодня прислала мне смс. Пишет, что я ей нравлюсь и что она не знает, что делать.

Дело стало принимать непростой оборот. Все это похоже на любовные разборки подростков.

– Классический ход. А ты что ответил?

– Я, естественно, написал то, что думаю: «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. БРОСАЙ ЖЕНИХА».

– Отлично, так и надо, решительно, по-мужски. А она?

– Она ничего не ответила, у нее закончились деньги на телефоне. Но потом перезвонила с телефона внучки.

Способность Оскара создавать напряжение по ходу рассказа мне давно известна. Я предчувствую, что он будет растягивать удовольствие как можно дольше.

– Оскар, давай уже переходи к сути.

– В общем, мне предстоит пройти испытание. Нужно переплюнуть этого инженера, обойти его.

– Обойти?

– Ну да. Она не может решиться, говорит, что мы едва знакомы, что она неспособна бросить человека, с которым общается два года вот так, из-за случайной встречи. Кроме того, непонятно, удастся ли нам найти общий язык в постели.

– Так она и сказала? – спрашивает заинтересовавшийся пикантными подробностями помощник.

– Ты занимайся своим делом и давай-ка работай! – прикрикивает на него Оскар. – Она сказала, что готова заняться со мной любовью, но не может предать жениха.

– Этой уловкой пользуются с древнейших времен. Нужно только немного приударить за ней, и вся спесь сойдет.

– Да я и сам знаю. В субботу вечером мы идем в кино. Посмотрим, что будет. Надеюсь, Паола не в курсе?

– Молчу как рыба.

– Посмотрим, как оно пойдет, пока рано ее беспокоить. Не знаю, как она отнесется к тому, что у меня другая женщина.

– Насколько я знаю Паолу, она будет только рада.

– Надеюсь, очень надеюсь. А ты?

– Я переживу, – отвечаю я с натянутой улыбкой.

– Я могу что-нибудь для тебя сделать?

– К сожалению, нет.

Какое-то время мы смотрим друг другу в глаза.

– Это несправедливо! Лучше бы это случилось со мной. Я уже прожил свое, мне уже за семьдесят. Если бы я только мог, я бы с радостью тебя заменил.

Я знаю, что это так. Мы обнимаемся. Мне еще не приходилось обниматься с тестем. Я проваливаюсь в его объятия. В них я как дома.

Мое сердце отстучало примерно полтора миллиарда раз. Это важная цифра, поскольку, согласно статистике, наш главный жизненный орган, прежде чем перестать биться и выключиться, успевает сделать примерно три миллиарда сокращений. У него четкий запас энергии, прямо как у батареек, это – одна из причин, по которой спортсмены живут меньше: сердце при нагрузке стучит чаще, а энергии потребляется больше. Мое сердце прожило почти сорок лет, а именно 14 540 дней (с учетом високосных лет), что, в принципе, немалая цифра.