Джумпа Лахири - Низина

Теперь Бела была уже достаточно большая, чтобы просыпаться сама, есть зерновую кашу, самостоятельно заправляя ее молоком. Она сама ходила до остановки школьного автобуса. Папа уходил раньше. А мама спала после своих ночных научных бдений.

Никто не стоял у Белы над душой, когда она завтракала, потом ставила пустую мисочку из-под каши в раковину и заливала ее водой из крана. А после школы, если матери не было дома, она доставала ключ, оставленный папой в скворечнике, и заходила в дом.

Каждое утро она поднималась наверх и просто стучалась в дверь родительской спальни — давала маме знать, что уходит. Она не хотела ее беспокоить, но все же надеялась: та ее слышит.

Однажды утром ей понадобился листок, чтобы заложить две страницы в книге. Она зашла в кабинет матери, предполагая, что там никого нет. Мать спала на диване, спиной к двери, одна рука закинута за голову. Так Бела поняла: комната, которую мать называла своим кабинетом, служила ей также и спальней. А папа, оказывается, ночует в другой спальне один.

— Сколько тебе лет на той фотографии? — спросила она как-то раз у отца, когда они проснулись утром и лежали на постели под москитной сеткой.

— На какой фотографии?

— Ну, на той, в бабушкиной комнате, где мы едим. Рядом с фотографией дедушки. Бабушка все смотрит на нее.

Отец закрыл глаза и ответил:

— На той фотографии мой брат.

— У тебя есть брат?

— Был. Он умер.

— Когда?

— Еще до твоего рождения.

— А почему он умер?

— Болел.

— Чем?

— Какой-то неизлечимой инфекцией.

— Он был моим дядей?

— Да, Бела.

— А ты вспоминаешь о нем?

Он повернул к ней лицо, погладил ее по голове.

— Конечно. Он был частью меня. Мы вместе выросли.

— Скучаешь по нему?

— Да, скучаю.

— А бабушка говорит, что это ты на той фотографии.

— Бабушка стала старенькая, Бела, путает некоторые вещи иногда.

Субхаш начал брать Белу с собой в город. Они пешком шли до мечети на углу, а там садились в такси или коляску рикши. А иногда шли до трамвайного депо и на конечной остановке забирались в трамвай. Бела ждала, сидя в коридоре на стульчике с книжкой комиксов в руках, пока он встречался с коллегами.

Он водил ее обедать в китайские ресторанчики и в магазины бижутерии, покупал ей там браслеты, заколки, ленты. В магазинчиках канцтоваров она выбирала себе красивые тетрадки, альбомы для рисования и прозрачные ластики с приятным фруктовым запахом.

Отец водил ее в зоопарк смотреть на белых тигров, мирно дремлющих на камнях. На людных тротуарах он останавливался перед нищими и бросал им в плошку несколько монеток.

Однажды они зашли в магазин одежды, чтобы купить сари для бабушки и Дипы. Бабушке купили несколько белых, а Дипе цветных. На манекенах в витрине сари были еще красивее — шелковые, дорогие.

— Может, купим такое сари маме? — спросила Бела.

— Да она же не носит их.

— Но могла бы.

Продавец бросился показывать им такое сари, но отец, покачав головой, сказал:

— Мы найдем маме в подарок что-нибудь другое.

Он отвел Белу в ювелирный магазин, где она выбрала себе ожерелье из бусин тигрового глаза. И они все-таки купили матери одну вещь, которую она просила, — красные кожаные шлепанцы. Папа вспомнил о них в последнюю минуту и купил сразу две пары.

Из такси она наблюдала за гигантскими потоками городского транспорта, загрязнявшего кожу и легкие копотью и создававшего на дорогах, казалось, нескончаемые пробки. Иногда отец не выдерживал, расплачивался с таксистом, и они продолжали путь пешком.

На одной из улиц тянулись длинные ряды книжных лотков, и папа сказал: по этой улице ее мать ходила в колледж. Бела попыталась представить себе свою маму молоденькой студенткой в сари, с косой и холщовой сумкой с учебниками.

А на других улицах она видела красивые здания. Хотя стоял август, их украшали рождественскими электрическими гирляндами, фасады драпировали яркими полотнищами. Из окошка такси, застрявшего в пробке, она однажды увидела такое здание вблизи. Множество припаркованных машин и красная ковровая дорожка, ведущая к входу. По ней под музыку шли люди в нарядных одеждах.

— А что там у них?

— Свадьба. Видишь впереди машину, украшенную цветами?

— Да.

— Оттуда сейчас выйдет жених.

— А невеста?

— Она ждет его внутри.

— А вы с мамой так же женились?

— Нет, Бела.

— Почему?

— Потому что мне нужно было возвращаться в Род-Айленд, и у нас не было времени на празднества.