Александр Клюге - Хроника чувств

Гражданин Жан Пети (его немецкое имя было Макс Кляйнерт) был полицейским шпиком старого режима. Он тут же записался в якобинцы. После падения партии монтаньяров во время термидора в 1794 году он бежал в Кобленц, где поступил на службу к герцогу Энигенскому. Ученик Гамана, он был близок к веймарскому кругу [87].

Какое-то время Пети был ассистентом в Комитете всеобщего благоденствия. Он работал за конторкой, находившейся всего в нескольких метрах от Робеспьера. У него был доступ к бланкам, на которых писались декреты комитета.

Два конфискованных имения были превращены в колонию. Центральная координация работы учреждения осуществляется из Парижа. В колонию отправляют отпрысков казненных аристократов и других не-патриотов: дети в самом раннем возрасте. Согласно плану, оговоренному в Комитете благоденствия лишь в устной форме, их воспитывают по программе, обеспечивающей создание резервной армии деятельных и решительных патриотов.

Двое найденных в заброшенном ущелье детей, живших в обществе зверей, были пойманы, о происшедшем доложили в Париж. Были назначены два надежных гражданина, которым было поручено воспитание одичавших детей, девочки и мальчика. Был составлен план воспитания для живых существ, находящихся «на границе природы и цивилизации». Возможно, что здесь, на СЕПАРАТРИСЕ (крайней разграничительной линии, повторяющейся на многих точках земного шара), удастся воспитать и вывести РАСУ СТРАЖЕЙ? Легионеров-пограничников [88].

В сотрудничестве с Ж.-Ж. Лекё, главным инженером перестройки Парижа, подкомитет, возглавлявшийся Жаном Пети, разработал проект восстановления сооружений, существовавших в знаменитых античных городах. Они должны были стать частью нового Парижа — столицы цивилизации. Это относилось и к архитектурным проектам, хотя и разработанным античными правителями, но не осуществленным. Восстановление античных памятников — и в этом Пети и Лекё были едины — следовало проводить не формально. Эту великолепную возможность следовало использовать, чтобы улучшить античное наследие.

Проектируемые постройки, под которые отводилась огромная территория, должны были занять место не в центре Парижа, а за его пределами, стать новостройкой. Стать питомником античных добродетелей. Утомленные революционным процессом, требующим напряжения всех сил, стражи и патриоты смогут проводить отпуск в другой исторической эпохе. Оттуда они возвратятся на свое поприще, укрепив свои патриотические взгляды, а не просто восстановив свои силы. Перманентная революция требует разнообразия в жизни. В этом причина того, что процесс революционных преобразований идет так медленно, утверждает Пети. Поэтому нашим архитекторам предстоит разработать АНТИ-РЕАЛЬНОСТЬ, в которой перемены и успех достигаются быстрее. Так возникнет РЕВОЛЮЦИЯ, ИДУЩАЯ С РАЗНЫМИ СКОРОСТЯМИ.

Ж.-Ж. Лекё, всегда отличавшийся некоторой склонностью к крайностям, пошел дальше и разработал серию проектов, касающихся МЕСТ КРАЙНЕГО ОДИНОЧЕСТВА, то есть местностей, в которых планета пребывает в «уединении сама с собой». Даже Робинзон не бывал в таких местах. Пункты такого рода были сообщены Комитету благоденствия, где велся их учет. По случайной выборке семь или семнадцать этих уединенных мест должны были стать строительными площадками. Речь идет, по утверждению Лекё, о МЕСТАХ ТРАНСФОРМАЦИИ. Разве есть лучшее выражение для высшей меры одновременно девственной нетронутости и в то же время цивилизации? Проект рухнул, потому что меморандум долгое время провел в Комитете, так и не обсужденный, поскольку этому мешали насущные политические вопросы. После свержения партии монтаньяров уже не было инстанции, обладавшей властью для принятия решения о столь грандиозном проекте. Первому консулу Бонапарту проект был представлен в 1803 году. Он не сразу понял его, однако после того, как ему объяснили принцип действия МЕСТ ТРАНСФОРМАЦИИ, он решил, что требуется дополнительная экспертиза. После этого он отправился в военный поход, так что, когда заключения экспертов пришли, его не было на месте. Лекё обнаружил семь подобных мест трансформации.

Пьер Дрюо был человеком норманнского темперамента. С началом Великой революции он поспешил из своего села в центр города Руана. Он присоединился к Робеспьеру и вместе с ним оказался в парижском центре власти.