Джек Брюл - Молчаливые воды

Хуан коснулся микрофона в ухе.

– Действуй, Линк.

– Хочу, чтобы ты знал: все идет гладко. Легко надурил охранников, хотя по-испански еле-еле и местный из меня, как из носорога. Стоит сказать, мол, это для Девятой бригады, и все вопросы отпадают.

– В этом прелесть полицейского государства. Никто не высовывается. Знают, что могут отшибить голову.

– Марк сразу передо мной, и мы подъезжаем.

– Мы вас увидим.

Пятнадцать минут спустя из-за угла выехала и начала приближаться странная автоколонна. Впереди Мерф вел неприметный компакт-седан. Мигалка на его крыше крутилась, мерно вспыхивая оранжевым, как бы возвещая о появлении второй машины, в которой и было все дело. Линк сидел за рулем колесного крана с надписью «Управление порта Буэнос-Айреса». У крана не было кузова, скорее башня, как у танка, смонтированного на тяжелой подвеске. Колеса крана были вдвое больше, чем у легковушек. Стрела максимально сложена, но все равно торчала как таран.

Действовать предстояло быстро, потому что большой кран в дорогом жилом районе неизбежно привлечет внимание. Хуан сбросил пальто и пиджак, сорвал белую оксфордскую рубашку. Полетел в сторону галстук. В конце концов, все это была маскировка. Под всем этим обнаружилась черная футболка с длинным рукавом на резинке и две пустые плечевые кобуры. Хуан надел пару толстых черных перчаток.

Линда очутилась у дверцы седана со стороны водителя еще до того, как Марк остановился. Она выключила работавшие на батарейках мигалки и сняла их с крыши. При этом присоски, удерживавшие мигалки, непристойно чмокнули. Мерф кинулся к крану одновременно с Председателем. Пока Марк бежал к кабине, Хуан подпрыгнул, ухватился за крюк, болтавшийся под стрелой, и взобрался наверх.

Там его встретил Линк, который передал ему МР-5 и пару автоматических пистолетов марки «пять-семь» [43], излюбленное оружие Кабрильо – ведь на близком расстоянии маленькие пули калибром 5,7 миллиметра пробивают любой бронежилет. Длинный глушитель на стволе автомата делал его нескладным и трудноуправляемым.

Команда двигалась как в танце. Хуан сунул пистолеты в наплечные кобуры. Одновременно Марк уселся в кабине, а Линда прыгнула в седан. Сидя верхом на стреле крана, Франклин Линкольн крепче сжал опору ногами за секунду до того, как Мерф включил гидравлику и стрела устремилась вверх.

Все происходило очень быстро.

Согласно плану.

Стрела, выдвигаясь, поднялась до пятого этажа. Марк старался по возможности уменьшить шум двигателя, жертвуя скоростью ради незаметности, но Хуану казалось, что кран ревет, как разъяренный зверь. Они с Линком поднимались на стреле, которая нацелилась на одно из неосвещенных окон. В окне под объектом их операции вспыхнул свет: хозяина квартиры разбудил шум. К счастью, окна Эспиносы оставались темными.

Марк протаранил стрелой окно, и Линк с Кабрильо прыгнули в комнату. Приземлились на ноги как кошки, и, когда дверь приоткрылась и какой-то человек в камуфляже заглянул, чтобы узнать, что происходит, у обоих было наготове оружие. Прогремели два выстрела, и человек упал.

Линк связал охраннику руки, накинув на них пару пластиковых хомутов. Пули у них с Хуаном были из твердой резины – не смертельно, но достаточно, чтобы вывести из строя взрослого мужчину. Сила удара такой пули примерно равнялась силе удара бейсбольной битой. Они прикидывали, не использовать ли ампулы с транквилизатором, но даже лучшим препаратам требовалось несколько секунд, чтобы свалить человека.

Должно быть, дежурный охранник, который наблюдает за видео из вестибюля, подумал Хуан, бросая отобранный пистолет под кровать с пологом на четырех столбиках; ее огромные размеры говорили, что, вероятно, это спальня хозяина и генерала сегодня нет. А значит, нет и китайцев-дознавателей. Он предположил, что Тамару охраняют не больше трех человек. Они попали в перерыв.

За дверью спальни тянулся коридор с полом из красного дерева под восточной ковровой дорожкой. Из открытой двери в нескольких шагах от спальни лился свет, и по его сероватому оттенку Хуан понял – там у охраны пост видеонаблюдения. Высота потолков в коридоре составляла не менее одиннадцати футов, и такой сложной лепнины Кабрильо никогда не видел.

Открылась другая дверь. Мужчина в трусах протирал глаза, прогоняя сон. Двойным ударом в лоб Кабрильо вырубил его на несколько часов. Линк прикрывал ему спину; Хуан заглянул в эту новую комнату. Кроватей две, но спали только на одной. В голове мелькнула случайная мысль о том, что хозяйке дома вряд ли нравится, что на ее отличном тонком белье спят солдаты.