Джек Брюл - Молчаливые воды

Стрелка спидометра дрожала возле отметки сорок миль в час.

Через двадцать минут движения вниз по реке им попалась навстречу первая деревня. Невозможно было определить, давно ли она уничтожена: обильная растительность на месте сожженных хижин заставила Хуана думать скорее о месяцах, чем о неделях. Землю за деревней, расчищенную под посадки, тоже захватили неумолимо наступающие джунгли.

– Теперь я понимаю, что испытывали те парни в «Апокалипсисе сегодня» [10], – сказал Майк.

На земле не было тел – об этом вскоре после нападения позаботились животные, но следов жестокости хватало с лихвой. Два или три бетонных здания взорваны. Куски бетона долетели до реки, уцелевшие части стен изрешечены пулями. Вся территория деревни усеяна бесчисленными воронками: артиллерийским огнем людей выгоняли в поля, где их уже ждала цепь солдат. Жителей деревни гнали на бойню.

– Боже! – ахнул Майк, когда они проплывали мимо. – Но почему? Зачем?

– Этническая чистка, – ответил Хуан и сурово сжал губы. – В этой деревне здесь, в северной глуши, вероятно, жили индейцы. Я видел доклады разведки: правительство в Буэнос-Айресе хочет уничтожить немногие поселения индейцев, оставшиеся в стране. И, чтобы дать вам представление о том, кого мы изображаем, – он кивнул в сторону поселка, – скорее всего это работа Девятой бригады.

– Прекрасно, – сказал Майк. Он засунул берет под погон, и ветер взъерошил его светлые волосы.

– То же самое происходит в городах и поселках. Где бы ни нашли туземных жителей, их либо отправляют в рабочие лагеря здесь, в Амазонии, либо они просто исчезают. Эта страна – гибрид нацистской Германии и императорской Японии.

– Сколько индейцев осталось?

– До переворота было около шестисот тысяч. Бог весть, сколько их убито, но если режим продержится у власти еще несколько лет, не останется ни одного индейца.

Они обогнали паром, медленно идущий вверх по течению. Паром был достаточно велик, чтобы на его верхней палубе разместились шесть автомобилей и около сорока пассажиров. Все грузовики на борту были в маскировочной окраске, люди вдоль поручней – солдаты. Они махали и по-испански приветствовали проходящую мимо моторку. Не выходя из образа, трое на борту лодки не снизошли до ответа. Оказавшись достаточно близко, чтобы разглядеть бордовые береты, аргентинские солдаты сразу замолчали, и у большинства сразу возникла необходимость посмотреть, что делается на другом берегу реки.

Другого движения на реке почти не было, только пироги с одинокими гребцами искали у берегов рыбу. Хуану было неприятно, когда эти суденышки попадали в кильватерный след РИБа, но последнее, что сделали бы солдаты Девятой бригады, – это сбросили бы скорость. На самом деле они скорее направили бы лодку прямо на долбленки и потопили их вместе с гребцами.

Два с половиной часа быстрого движения по течению привели их к притоку примерно вдвое уже основного потока Рио-Рохо [11]. Из-за высокого содержания в воде железа вода действительно имела красноватый оттенок, словно в ней была растворена кровь. К этому времени Пуласки проснулся и вместе с Майком вел наблюдение за рекой, выискивая признаки слежки. Но не видели ничего, кроме реки и джунглей, непроходимой стеной вставших по берегам.

– Чисто, – перекричал Майк рев моторов.

– Чисто, – повторил на носу Джерри и опустил бинокль.

Хуан чуть сбросил скорость, минуя поворот, и снова увеличил ее, когда нос лодки встал вверх по течению. Ширина Рио-Рохо – меньше пятидесяти ярдов, и верхушки деревьев словно смыкаются над головой, придавая солнечному свету зеленоватый оттенок. Они плыли словно по туннелю. Их след доходил до грязных берегов; комья земли падали в воду и растворялись.

Они двинулись вверх по течению, сбавив скорость, потому что от силы через пять минут встретили, как и ожидали, буксир, который тащил стволы, срубленные выше в горах. Буксир оказался плоскодонкой с передней центровкой с деревянным корпусом, с трубой, изрыгавшей черный дым; кольца такого же дыма выплевывал двигатель в корпусе на корме. Стволы плыли по воде, крайние были скреплены цепями, чтобы удерживать всю массу. По оценке Кабрильо, тут было по меньшей мере двести 20-футовых бревен, как ему показалось, красного дерева. Он подумал, что сплавлять по такой узкой реке больший груз трудно.

– Радиомачты нет, – сказал Майк Мерфи.

– Вероятно, есть спутниковый телефон, – ответил Хуан. – Но я не боюсь, что он сообщит о нас. Он видит, что мы из Девятой бригады. И не захочет неприятностей.