Таня Валько - Арабская жена

— Ну а меня насчет Томека даже не спрашивайте. Он сам меня бросил, и я до сегодняшнего дня не могу прийти в себя. — Уля, увы, кажется безгрешной, но тем не менее продолжает бессовестно кокетничать с моим мужем. Она пожирает его глазами и без конца вертится в кресле, желая со всех сторон продемонстрировать свои ноги в мини-юбке. — Мне даже пришлось сделать аборт, — добавляет она и этим признанием шокирует нас всех.

— То есть как это «пришлось»? — изумленно спрашиваю я.

— А зачем же я долгие годы училась, зубрила по ночам предметы? И добилась все-таки своего — поступила в вуз, причем в университет, а не в какую-то там частную академию! Неужели я шла на все эти жертвы зря? Неужели должна была перечеркнуть все это и посвятить себя материнству? Ты шутишь! — искренне возмущается она.

— Скажи мне только одно, — коварно подкалываю ее я, — что было раньше: Томек порвал с тобой или ты сделала аборт?

— А какое это имеет значение? — На этот раз она одним глотком осушает весь бокал.

Обстановка накаляется настолько, что уже никому ничего не хочется говорить. Девчонки поспешно уходят, даже не поцеловавшись с нами на прощание.

— Ну почему ты не хочешь ехать? Посмотрела бы, что там и как. — Ахмед снова уговаривает меня поехать в его страну. — Устроим себе долгий отпуск. Поедем в начале лета и останемся там до сентября, до тех пор когда Марысе нужно будет идти в школу. У нас полно времени! И тебя ведь никто насильно удерживать не станет!

Не знаю почему, но я боюсь. Прежде всего, наверное, боюсь его семьи. Что-то трудно поверить в их открытость и приветливость по отношению к другому миру, который, по их мнению, «загнивает». Стоит мне увидеть по телевидению передачу о дикарях с винтовками и гранатами, об этих безумцах, у которых фанатично горят глаза, — и я впадаю в панику. Но как мне объяснить свои страхи моему мужу-ливийцу, чтобы не сделать ему больно? Тогда наши отношения опять могут испортиться, а ведь сейчас у нас все хорошо, настолько хорошо, что мрачные эпизоды из прошлого кажутся лишь дурным сном.

— Скажи же что-нибудь! — настаивает он.

Из другой комнаты доносится счастливый визг Марыси, беззаботно играющей с моей матерью, которая рядом с ней тоже, кажется, впадает в детство. Ну почему я должна оставить этот маленький уютный дом, отречься от этого ощущения покоя и безопасности и отправиться на край света? Все время я боялась, что муж предложит мне навестить его семью, и одновременно ждала этого. Я ведь знала, что рано или поздно Ахмед захочет поехать на родину, показать родственникам жену и дочку.

— Доротка, ты меня слышишь? Где блуждают твои мысли?

— Не знаю, как тебе об этом сказать, — нерешительно начинаю я.

— Просто взять и сказать. Я ведь знаю, ты не умеешь лгать. — Он обнимает меня и нежно целует в шею. — В чем дело?

— Просто… я боюсь, — шепчу я.

— Но чего же, кошечка моя? — удивляется он и пристально смотрит на меня.

— Всего, всего! Страны, людей, а в первую очередь — твоих родственников! Как они примут меня? Быть может, я вовсе не понравлюсь им и они начнут подстрекать тебя… — пулеметной очередью выпаливаю я почти все свои опасения.

— Скажи-ка мне кое-что. — Чуть отодвинувшись, Ахмед серьезно смотрит мне в глаза. — Только одно скажи. Ты доверяешь своему мужу?

Впервые я вижу на лице Ахмеда такую напряженность и сосредоточенность. Мускул на его щеке нервно подрагивает, а рубец на шее, как всегда в таких ситуациях, становится темно-багровым.

— Глупый вопрос, — громко отвечаю я. — Ты же отлично знаешь, что да.

— Что — «да»? — продолжает настаивать он. — Скажи, что — «да»?

— Ты отлично знаешь, что я тебя люблю и доверяю тебе… — Нежно прижавшись к нему, я слышу биение его сердца.

Честно говоря, он еще не полностью вернул себе мое доверие. Я ведь помню тот скверный период, который мы пережили в начале нашей супружеской жизни, и непрестанно боюсь, что это все может вернуться. По крайней мере, там, в Ливии, нет спиртных напитков, клубов, пьяных дружков и размалеванных блондинок — всего того, из-за чего я порой не могу заснуть. Неплохо будет, если мне удастся окончательно обо всем этом забыть.

— Ладно, давай подумаем, когда мы поедем, — наконец говорю я.

— Да?! — вскакивая, обрадованно восклицает он. Как быстро меняется у него настроение! — Значит, я бронирую билеты и улаживаю все формальности. Нужно оформить загранпаспорт для малышки, а это может занять месяц. Но это ничего! — добавляет он, похлопывая себя по бедрам. — Насчет виз не беспокойся. Да ты вообще ни о чем не беспокойся!