Александра Маринина - Ад

— А ты?

— А я сопротивлялась и говорила, что вырасту и выйду за вас замуж. Правда, смешно?

— Смешно, — согласился он. — Сколько тебе лет, Даша?

— В июле будет двадцать три. А вам?

— Ну, мне намного больше, — усмехнулся Кирилл. — Уже сорок семь. Я так понял, что у Лизы есть еще ребенок? Она все время бормотала о детях.

— Да, у меня есть еще брат, младший, Дениска, ему семнадцать. Он инвалид.

— А что с ним? Что-то серьезное?

— Он не ходит. У него в детстве был полиомиелит.

— А ваш отец? Он как-нибудь помогает вам? Или у вас разные отцы?

— А вам-то что? — внезапно окрысилась Даша. — Чего вы в душу лезете?

— Прости, — Кирилл примирительно улыбнулся. — Это действительно не мое дело. Просто я пытаюсь понять, что так достало твою маму, что она решила свести счеты с жизнью. Впрочем, это тоже не мое дело.

Он сделал движение, чтобы встать, и Даша вдруг испугалась, что он сейчас уйдет — и она никогда больше его не увидит. Ей отчего-то не хотелось, чтобы он уходил. И она рассказала ему об отце, которого упорно называла дядей Родиком, о том, что он много лет встречался с матерью, но так и не развелся, о беспробудном пьянстве Лизы, о ее часто меняющихся мужчинах, имен которых порой не знала даже сама Лиза, о зловредной бабке, которая отказалась остаться с ними и помочь, когда заболел маленький Дениска. Кирилл слушал внимательно и сочувственно.

— Позови своего брата сюда, — попросил он.

— Зачем?

— Мне нужно поговорить с вами обоими.

Это Даше не понравилось. Кирилл — ее гость, ее герой, ее детская мечта, и он должен принадлежать только ей. При чем тут Денис? Какое он имеет отношение к этому чудесному, красивому и такому умному мужчине?

— О чем поговорить? — ревниво спросила она.

— О вашей маме.

— Поговорите со мной, — в ее голосе зазвучали умоляющие нотки. — Дениска еще маленький, что он понимает?

— Ну хорошо, — согласился Кирилл. — Но дай мне слово, что ты сама все объяснишь брату.

— Конечно, — с готовностью согласилась она.

— Вам обоим придется проявить терпение и деликатность. Не надо ничего спрашивать у мамы, не надо заводить с ней разговор о том, что случилось. Если она захочет поговорить об этом — она сама вам расскажет, а вы не лезьте к ней с расспросами. Это понятно?

— Хорошо, — послушно, как отличница в школе, ответила Даша.

— Вам нужно быть любящими и заботливыми по отношению к маме. Я понимаю, жизнь у вас с братом была несладкой, мама мало вами занималась, может быть, была жесткой, грубоватой, не давала вам того тепла и нежности, которые вы хотели получить. Я все это понимаю. Но сейчас ей плохо, по-настоящему плохо, ей до такой степени тяжело, что она не хочет жить. И вы, ее дети, единственные люди на свете, которые могут ей помочь. Дайте ей любовь, внимание, ласку, уделите ей время, разговаривайте с ней, не бросайте ее одну. Где мама работает?

— Нигде, — Даша пожала плечами, — она берет работу на дом, набирает тексты на компьютере.

— Вот и посидите с ней рядом, когда она работает, помогите.

— Как же ей помочь? — удивилась девушка. — В четыре руки текст набирать, что ли?

— Вы можете ей диктовать, тогда работа пойдет быстрее, она не будет отвлекаться на то, чтобы разбирать чужой почерк. Помогите с домашними делами. Даша, если человек хочет помочь, он найдет, как это сделать. Главное, чтобы мама постоянно чувствовала, что вы рядом, что вы у нее есть, вы ее любите и дорожите ею. Только так ее можно вывести из депрессии. Она часто гуляет с Денисом?

— Почти никогда, — Даша потупилась и призналась: — На самом деле совсем не гуляет. С ним сиделка гуляет или Юлька, сиделкина внучка. У нее с Дениской любовь.

— Даже так? Пусть Денис попросит маму погулять с ним. Пусть она почувствует, что ему приятно быть с ней, что он в ней нуждается. А ты сама себе одежду покупаешь?

— Ну да. Дядя Родик дает деньги, я иду и покупаю, что мне нравится.

— Почему бы тебе не попросить маму пойти с тобой и помочь выбрать что-нибудь?

— Да ну, вы что! — Даша невольно рассмеялась. — Она выберет, как же! Какой-нибудь прошлый век купит, она же в моде ни черта не смыслит, сама одевается как чучело, и меня так же оденет.

— Ничего, — голос Кирилла моментально стал холодным и металлическим, — пускай она выберет для тебя то, что ей нравится, а ты поблагодаришь и будешь носить. Если ты хочешь, чтобы с твоей мамой все было в порядке, тебе придется пойти на определенные жертвы.

Он встал и двинулся к выходу.

— Вы уже уходите? — огорченно спросила Даша.