Голова.Да и то ежели с снисхождением.
Некто (взволнованно). Ну, конечно, так оно и есть. Воистину соблазн, и как это я? Тьфу, тьфу, отыди, сатана. Намек! форменный намек, не то что прокурор, а и ребенок всякий поймет! Отрекаюсь, поспешно отрекаюсь.
Голова.Вот сам видишь, батя, каково это, а других осуждаешь! С виду-то оно легко, а как вдумаешься, так со всех сторон каторгой пахнет. Хорошо, что умный человек с нами, а без него давно бы уж поминай как звали! Тю-тю! Двери-то закрыты?
Гавриил Гавриилович.Закрыты. А по-моему, уж не так это и трудно, – только бы ум был. Позвольте мне? Свечной завод, говорите? – ну и поставьте его спиной к свечному заводу, Галкин не обидится.
Молчание. Размышляют.
Барон.Это хорошая мысль. А вы как полагаете?
Некто.Не знаю. Может, хорошая, а может, и нехорошая. Ничего не понимаю. Один соблазн и больше ничего! Не знаю-с.
Барон.Но вы изволите молчать, Анатолий Наполеонович?
Мухоморов.Молчу-с. Анна, ты понимаешь?
Голова.Ну, держись, сейчас распишет… о Господи!
Мухоморов (небрежно). Да и расписывать нечего, все и так ясно… Конечно, здесь есть маленькая аллегория или символ, как говорится, но для тонкого ума это не представляет затруднений. Господа, – а что такое свеча?
Подавленное молчание.
Голова.Свеча, ну, и свеча, – да не пугай ты, Христа ради!
Мухоморов.Так-с. Свеча – это свет, не правда ли? Следовательно, к кому станет задом ваш господин Пушкин? (Поднимаясь.) К свету-с! К просвещению! (Свистящим шепотом.) К самому министерству народного просвещения!
Молчание.
Голова.Ну и дела! Одно слово: капут. Как ни упирайся, а капут. Плакал мой лабаз! Ваше Превосходительство, помилосердуйте, освободите – прикажите сами его поставить, как вашей душеньке угодно.
Ее Превосходительство.Но я не понимаю или я должна? Но что? Если бы дело касалось идэи, я могла бы, но здесь… Но помогите же нам, гениальный ум! Мы умоляем!
Мухоморов.Нет уж, какое я имею право. Извольте сами.
Голова.На колени перед тобой, что ли, становиться? Помоги!
Мухоморов.Извольте сами.
Голова.Да не упирайся ты, как козел. Скажи! Тебе при твоем уме это все равно что плюнуть, а мы мучаемся!
Барон.Мы просим вас.
Все просят.
Мухоморов.Хорошо-с. Но тогда уж позвольте не мне, а моей музе. Анна! скажи.
Ожидание, полное надежды. Маслобойников даже разинул рот.
Анна.Надо у Пушкина весь зад обсадить деревьями.
Мухоморов (торжествующе). Что-с? каково-с? Так по слову самого поэта и выйдет: широколистные дубравы и прочее. Анна, я тебя благодарю.
Всеобщее ликование.
Голова.Спасибо! Выручил Мухоморов! Свечи зажигайте! занавески отдергивайте! Эх, музыку хорошо бы! Урра!..
Занавес
Монмари – мой муж (фр. mon mari).