Кен Фоллетт - Галки

— Просто жуть! Но вы должны понять, что физическое насилие — это не для меня. Мне сказали, что я психологически непригоден для службы в армии, и они чертовски правы. Половина новобранцев захочет меня покалечить, а другая половина — затащить в постель.

— Крутых солдат у меня хватает. От вас мне нужна лишь ваша квалификация.

— Значит, у меня будет шанс навредить этим противным гребаным нацистам?

— Безусловно. Если мы добьемся успеха, это нанесет огромный ущерб гитлеровскому режиму.

— Тогда, милая, я — ваша девушка.

Флик улыбнулась. «Боже мой, — подумала она, — у меня получилось!»

Посреди ночи дороги в Южной Англии были забиты транспортом. Двигаясь по всем шоссе, большие колонны армейских грузовиков с ревом проносились по затемненным городкам и устремлялись к побережью. Ошеломленные сельские жители, стоя возле окон своих спален, смотрели на бесконечный поток машин, лишивший их сна.

— Боже мой! — сказала Грета. — Значит, вторжение действительно будет.

Они с Флик выехали из Лондона вскоре после полуночи на арендованной машине — большом белом «линкольне-континентл», который любила водить Флик. Грета надела не самое потрясающее одеяние из своей коллекции — простое черное платье с черным париком. До конца операции она перестанет быть Герхардом.

Флик надеялась, что Грета действительно специалист в своей области, как это утверждал Марк. Она работала телефонным мастером на Главном почтамте, так что вроде бы знала свое дело. Тем не менее Флик не имела возможности ее проверить. Теперь, когда они ползли за транспортером для перевозки танков, Флик объясняла Грете задачу, надеясь, что эта беседа не обнаружит пробелы в ее знаниях.

— В шато находится новый автоматический коммутатор, установленный немцами для того, чтобы обрабатывать дополнительные телефонные звонки и телетайпные сообщения между Берлином и оккупационными силами.

Сначала Грета отнеслась к этому плану скептически.

— Но, душечка, даже если мы сумеем добиться успеха, что помешает немцам просто перенаправить вызовы по сети?

— Объем телефонной нагрузки. Система перегружена. Находящийся возле Берлина армейский центр управления «Цеппелин» в день обрабатывает сто двадцать тысяч междугородних звонков и двадцать тысяч телексных сообщений. Когда мы вторгнемся во Францию, их будет больше. Однако большая часть французской системы все еще состоит из ручных коммутаторов. Теперь представь себе, что главный автоматический коммутатор выведен из строя и все эти звонки должны выполняться старомодным способом, через телефонисток, что занимает в десять раз больше времени. Девяносто процентов из них никогда не пройдут.

— Военные могут запретить гражданские звонки.

— Это мало что изменит. Гражданский трафик составляет лишь крошечную часть нагрузки.

— Ладно. — Грета задумалась. — Ну, мы можем разрушить стойки группового оборудования.

— А что они делают?

— Задают тоны, напряжения звонков и так далее для автоматических звонков. И преобразователи регистров — они преобразуют набранный код зоны в маршрутное поручение.

— И тогда вся станция перестанет работать?

— Нет. И повреждения можно будет исправить. Вам нужно будет разрушить ручной коммутатор, автоматический коммутатор, усилитель междугородних звонков, коммутатор телексной связи и телексный усилитель — которые, вероятно, находятся в разных помещениях.

— Имей в виду, что мы не можем пронести с собой много взрывчатки — только то, что шесть женщин смогут спрятать в сумочках.

— Это проблема.

Мишель все это уже проработал с Арно, членом ячейки «Белянже», работавшим во французской службе ПТТ (почта, телеграф, телефон), но Флик не вдавалась в детали, а Арно уже не было в живых — он погиб в бою.

— Должно же быть какое-то оборудование, общее для всех систем.

— Да, такое есть — это ГКЩ.

— Что это такое?

— Главный коммутационный щит. Два комплекта клемм на больших стойках. Все наружные кабели подходят с одной стороны щита, все кабели с коммутатора — с другой; между собой они соединяются перемычками.

— И где он должен располагаться?

— Рядом с кабельным колодцем. В идеале с помощью достаточно высокой температуры можно расплавить медь в кабелях.

— Сколько понадобится времени, чтобы восстановить кабели?

— Дня два.

— Ты уверена? Когда на моей улице кабели повредила бомба, один старый мастер восстановил их за несколько часов.