3 января советские войска штурмом овладели городами Малгобек и Моздок и перешли к преследованию врага в направлении на Ставрополь.
В полусожженном Моздоке наши бойцы чуть ли не на каждой улице натыкались на немецкие кладбища. Площади, скверы, пустыри были густо усеяны могильными крестами. Только у вокзала таких могил насчитывалось около тысячи и на каждом кресте стояла дата 10 или 11 октября. Это были дни, когда враг пытался неожиданным ударом пробиться в Алхан-Чуртскую долину, а затем на Грозный.
3 января я прибыл в штаб Северной группы войск, чтобы уточнить обстановку, сложившуюся в первые дни наступления. Посоветовавшись с И. И. Масленниковым, решил произвести частичную перегруппировку. Это сразу же дало ощутимые результаты. За день на некоторых участках мы продвинулись на 15–20 километров, освободили от врага 30 населенных пунктов.
Сильные бои развернулись у Нальчика. Части 2-й гвардейской дивизии генерал-майора Ф. В. Захарова сражались за столицу Кабардино-Балкарии против 10 отдельных батальонов спецназначения генерала Штейнбауэра и 2-й румынской горнострелковой дивизии.
Гвардейцы наступали на Нальчик в двух направлениях, пытаясь найти брешь в обороне врага.
«Прорвав вражеский заслон, 395-й стрелковый полк был остановлен сильным пулеметным огнем противника на окраине города. Тогда командир дивизии произвел маневр и ударил по врагу этим же полком с севера. Этот маневр был произведен незаметно и оказался неожиданным для противника. Гвардейцы ворвались в город. Завязались ожесточенные уличные бои. Почувствовав угрозу окружения, гитлеровцы в панике стали отходить. К полудню 4 января Нальчик был освобожден. В боях за Нальчик наши войска уничтожили сотни фашистов, захватили 26 орудий, 41 пулемет, 50 минометов, 27 автомашин и много другой боевой техники». [49] Архив МО СССР, ф. 1047, оп 1, д. 11, л. 160.
Вслед за этим были освобождены Майский и Котляревская, ряд мелких степных селений и хуторов.
Пленный командир 10-й роты 70-го полка 11-й пехотной дивизии Отто Бауэр, который до войны был доктором медицины, с ужасом рассказывал, что солдаты видели, как их торопят, приказывают в пути уничтожать грузовики, подрывать орудия и портить другое военное имущество. Уже на третий день отступления пошли разговоры о том, что немецкая армия не отходит от Терека, а бежит. Ясно было — случилось что-то очень тяжелое, а от солдат и даже от нас, ротных офицеров, это скрывалось. Солдаты все чаще стали отпускать ядовитые словечки насчет отступления, называя его «славный отход».
Теперь уже, не таясь, начали писать в письмах, что их обманывают, выдают самое настоящее бегство за планомерное отступление.
У гитлеровских стратегов в то время появилось два термина, которыми они пытались как-то предотвратить развал в воинских частях: «эластичная оборона» и «планомерный отход». Они говорили, что это своеобразный тактический прием, с помощью которого они выманят на себя советские группировки и неожиданным ударом повернут их вспять. Это, конечно, был просто пропагандистский трюк военной машины рейха. Они, видимо, даже забыли в тот момент изречение своего стратега Мольтке, который писал, что «терпит поражение тот, кто перестает верить в саму военную идею…».
Ефрейтор Аугсен из 123-го полка 50-й пехотной дивизии дал на допросе довольно четкую картину «славному отходу»:
«Тяжелое впечатление производило то, что при отступлении мы все уничтожали и взрывали. Невольно приходила в голову мысль, на Кавказе нам больше не бывать! Ясно, что при „стратегическом отступлении“ всего не уничтожают… Все, что мы не могли надеть на себя, нам пришлось уничтожать, в том числе и зимнее обмундирование, доставшееся с таким трудом. Мы ошеломлены, что у русских оказалось столько превосходного оружия и такое огромное количество солдат…»
Вместе с группой командиров довелось мне побывать в освобожденном Нальчике. Там, где стояли здания Дворца пионеров, педагогического училища, Кабардино-Балкарского драматического театра, республиканской библиотеки, санаториев и домов отдыха, остались груды развалин.
«Кратковременное хозяйничание немецко-фашистских оккупантов на территории Кабардино-Балкарии дорого обошлось трудящимся республики. Были полностью уничтожены все промышленные предприятия, разграблено имущество колхозов, совхозов, МТС, разрушены школы, кинотеатры, дома культуры, библиотеки. Ущерб, который причинили Кабардино-Балкарии фашистские оккупанты, оценивался почти в 2,5 миллиарда рублей…» [50] Мальбахов Т. К. 50 лет Советской автономии КБ АССР. Нальчик, 1971, стр. 23.
Читать дальше