Михаил Савельев - Парни из легенды

Накануне наступательной операции в бригаде проводились батальонные учения. Одна из рот выполняла поставленную задачу как–то вяло, поднялась и пошла в атаку недружно, без огонька. Головачев рассердился, не стал проводить разбор и приказал вызвать комбата и командира роты в штаб бригады. Зная крутой характер Головачева, я опасался, что обоим командирам достанется изрядно, А Головачев неожиданно начал свой «разнос» такой фразой:

— Расскажите, как у вас люди отдыхали.

Выяснилось, что отдыхали бойцы плохо — почти весь день рота работала на разгрузке боеприпасов.

— Так чего же мы хотим от людей, которым не дали перед учением отдохнуть? Как могли вы забыть о своем долге — постоянно заботиться о подчиненных! Чтобы людей было во что одеть, обуть и чем накормить — заботится Родина. Мы должны заботиться об остальном. Так в чем же выразилась ваша забота? Неужели трудно было поставить меня в известность, что рота не отдыхала? Перенесли бы учения на следующий день. Помолчал, потом резко поднялся и стал ходить по землянке. Остановился против командира роты:

— Вот вы, командир роты, видите, что люди действуют вяло. Покажите пример, увлеките их. А вы флажками команды подаете…

Личный пример… Я вспомнил, как показал его Головачев в бою за Россошь. Небольшой город надо было взять с ходу, засветло. Враг начал наносить удары по нашим боевым порядкам еще на подходе к Россоши. «Мессерам» удалось разбить штабную машину бригады, повредить рацию, вывести из строя несколько пушек и минометов. Темп наступления начал снижаться. А зимний день короток. Оценив сложившуюся обстановку, Головачев приказал:

— Всем наступать за мной!

Его бронеавтомобиль появился перед боевыми порядками и устремился к окраине города. Конечно, все, кто принял приказ комбрига, кто видел его броневик, — все рванулись вперед. К вечеру Россошь была в наших руках.

После взятия города в самом центре его командир корпуса устроил Головачеву «разнос» «за безрассудную храбрость, за неуместное гарцевание на броневике». Головачев слушал молча, а потом вдруг спросил:

— Товарищ генерал, а вы уверены, что в данном случае я поступил неправильно?

Вероятно, генерал не был в этом уверен. Он что–то хотел ответить, потом махнул рукой и пошел к машине.

О том, как разведчик Калишин захватил очень нужного и важного языка, я уже говорил. Прежде чем отпустить разведчиков на этот поиск, Головачев пригласил к себе Калишина и добрую половину ночи просидел с ним в землянке, разъясняя и уточняя действия разведчиков в самых различных условиях.

— Действуйте только наверняка. Нам очень нужен язык! Но живые разведчики нужнее. Помните это, — закончил комбриг разговор.

Все это люди, конечно, знали, а потому любили и уважали «батю».

Да, лихость в бою, «гарцевание» характерны для Головачева и головачевцев. Но эта лихость отнюдь не была безрассудной.

…Бригада получила приказ: форсировать Северскнй Донец и овладеть населенным пунктом Печенеги. А в Печенегах находился большой гарнизон, получивший в подкрепление только что прибывшую танковую дивизию СС «Адольф Гитлер». Вплотную к Печенегам примыкают господствующие высоты, и каждый метр покрытой льдом реки фашистами пристрелян. Тут одной лихостью врага не возьмешь!

Головачев мобилизовал всю свою разведку, запросил информацию от соседей, все это анализировал, сопоставлял и искал наилучшее решение трудной боевой задачи. Организовали наступление ночью, без артподготовки.

Не получилось: враг был бдителен.

Ободренные нашей неудачей, эсэсовцы к утру перешли в контрнаступление на нашем левом фланге. Получив такое донесение, Головачев быстро связался с соседом слева полковником Михайловым и попросил его:

— Николай Лаврентьевич, возьмите отражение контратаки на себя, а я буду прорываться на правый берег.

Единственный в бригаде танк «КВ» в предутренней темноте проскочил через реку и почти в упор расстрелял несколько огневых точек врага. Следом за танком в Печенеги ворвались автоматчики.

В середине дня на правый берег реки вышла и бригада полковника Михайлова. Эсэсовцы поспешно отходили к Харькову.

Конечно, и атака на Печенеги была проведена Головачевым лихо, но тактически грамотно. Не могли же фашисты допустить, что после нашей неудачи в момент их контратаки мы ударим по Печенегам.

Боевые качества командира, как известно, наиболее полно раскрываются при решении задач в сложной обстановке. В истории 23‑й гвардейской мотострелковой бригады есть много страниц, повествующих о тяжелых днях, о таких боях, когда бригада оказывалась один на один с несравненно большими силами врага. Каждый раз она с честью выходила из этих боев. И ни разу комбриг не позволил врагу упредить нас, не применил шаблона.