Ярослав Жирков - Мозес

Родители осознали, что у Мозеса нет дня рождения. Волокита с документами затянулась, но там рано или поздно придется указать дату. Проведя несложные расчеты, мама и папа предположили, что Мозес родился весной. Но когда именно, стало предметом споров. Оба родителя внезапно вспомнили об астрологии и надеялись выбором фиктивной даты рождения повлиять на будущую личность сына. Отец настаивал на Овне, мать – на Тельце. И оперируя загадочными описаниями из странных книг, они почти рассорились на пустом месте. Но кому-то из них вдруг пришла идея.

Мозес как раз закончил изучать спинку божьей коровки, когда к нему подошли родители, держа в руках странную бумажку. На ней было много символов, построенных в клетку. Мама потрясла листом перед ребенком. Мозес потянул навстречу руку и только слегка прикоснулся, как она отдернула лист, прислонив палец к тому месту, куда ткнул ребенок. «Двадцать второе мая – Близнецы» – разочаровано произнесли оба родителя. Мама смяла календарь.

– Не каждому дано выбрать дату своего рождения, – тихо произнесла она. Никто, кроме теплого весеннего ветра её не услышал.

– Решено. Двадцать второго мая день рождения Мозеса, – сказала Селма неожиданно даже для самой себя грубым тоном, не терпящим споров. Удивленный муж кивнул. Мозес пока не знал, что теперь в его жизни есть один день в году, когда окружающие веселятся от того, что кто-то, когда-то родился. Но ему сейчас было не до таких глупостей, ведь он только что нашел настоящий муравейник и палкой собирался измерить глубину тоннелей.

К назначенному дню право на праздник было официально задокументировано: «22 мая 1923 года, Мартин Мердер, город Мюнхен» – значилось в свидетельстве о рождении. Супруги долго спорили, считается ли 1 год за юбилей.

Торжество было назначено в тесном, почти семейном кругу. Помимо Мердеров присутствовала чета Шульц – Йохан и Майя, а также их дочь Роза. Она всего на пару месяцев старше Йозефа и примерно на столько же младше Мозеса. Из всех знакомых только у семьи Шульц была дочь одного года с братьями Мердрерами. От того, взрослые то ли в шутку, то ли в серьез сватали своих детей. И уже решали, за кого из братьев Роза выйдет замуж. Обильно заставленный пищей праздничный стол так и остался только миром запахов для беззубых малышей, и чем больше пустых бутылок оказывалось под столом, тем громче были разговоры взрослых. Чуть не подравшись, не помня позже из-за чего, отцы на утро просили друг у друга прощение. В итоге, детский день рождения прошел как шестидесятилетний юбилей отставного гауптмана.

3.

Гигантским зеркалом простиралось на сотни метров озеро, отражая проплывающие в небе облака. Погода стояла на удивление безветренная. Беспощадное солнце, словно погонщик плетью загоняло в спасательную прохладу отдыхающих. Бродячие псы тоже не прочь были омочить шерсть, а затем как следует встряхнуть шкурой, обдав каплями очередных зевак.

Семьи Мердер и Шульц выбрались на лоно природы после душной недели в городе. С собой они взяли пару корзинок с едой и пивом. Мужчины, окунувшись в озеро, сошлись на том, что лучше охладиться изнутри. Они сидели на берегу и потягивая пиво, пока то окончательно не согрелось. Жены из воды следили за играющими на берегу детьми, иногда обрызгивая их и весело смеясь, но им это не очень нравилось. Да и как может быть речь о бестолковых играх, когда малыши были заняты серьезными наблюдениями. Мозес заметил, что с Розой что-то не так. Она чем-то отличалось от него с братом. После принудительного купания в озере, когда тайные покровы мокрых трусов были сорваны, он понял в чем дело. Им овладело непреодолимое желание рассмотреть поближе удивительное отличие. Роза с недоверием посмотрела на подползающего натуралиста. Он шел навстречу к открытию, а к коленкам лип песок. И вот уже мальчишка протянул руку к заветной цели, как на него обрушилось неожиданно тяжелая рука Розы. Она и раньше не подпускала его к себе близко, но теперь, похоже, он перешел невидимую черту дозволенного. Мозес рухнул с колен на бок, окинул её обиженным взглядом и уполз подальше от обоих детей. Йозеф наблюдал за всем без интереса, каким бы там не были отличия Розы. Когда сцена битвы окончилась, он опять вернулся к проектированию пирамидок из песка.

Мозес сидел повернувшись спиной к Розе и брату. Он всё раздумывал о причине такого отношения, но ответа не находил. От глубоких детских мыслей его оторвали звуки позади. Он обернулся, и сердце забилось чаще, лицо налилось румянцем, ведь на его глазах Роза делала с Йозефом то, что он хотел с ней – анатомическое исследованием. Мозес встал на ноги, что делал не часто, и ускоренно направился к парочке. Йозеф принимал лишь пассивное участие в исследовании, однако кулак брата пришелся именно на его лицо. Он ничего не мог знать о ревности в отличие от повидавшего жизнь Мозеса и потому искренне удивился такому поведению. Тем не менее, оставлять это безнаказанно он не собирался и Мозес получил уже второй удар за сегодня. К его счастью, больше затеять ссору было не с кем, а на удар Йозефа он отвечать не стал. Конфликт был исчерпан. Это был самый первый раз, когда браться подрались из-за женщины.