– Любовь, Андрей. Слушай Илию и молчи. Давай, Илия, рассказывай.
– Порой, когда спускаешься с гор…
– За солью… Ай, Влад, за что ты мне подзатыльник влепил?
– Сам знаешь. Продолжай, Илия.
– Ну вот, когда спускаешься с гор по тропинке…
– За солью… Всё, всё молчу.
– Илия прости, он больше так не будет. Ведь, правда, же?
– Ну да, не буду. Чуть голову мне не оторвал своими нежными ручищами.
– Молчи, Андрей. Мужчины не плачут.
– Ага, боятся что тушь с ресниц потечёт.
– Илия, так что там дальше?
– Так вот, спускаешься вниз по тропе к ручью, а там красавица: тонкая как газель, с глазами цвета ночи и волосами буйными как Ингури. Она берет кувшин полный воды и несёт к себе домой. Ты подбегаешь…
– И в кусты.
– Влад, держи меня.
– Всё, всё, Илия, молчу. А то если от тебя по морде получу, то подвиг с бланшем совершу.
– Андрей, у вас в семье несчастные случаи были?
– Нет, Влад.
– Будут, если не помолчишь. Илия, так что кувшин? Ты помогаешь ей нести до самого до дома, а дальше?
– Уходишь.
– Что и никаких 50 долларов за доставку? Ну, или дай тётенька чаю попить? Или, по крайней мере, на чай? Ай, Влад! Забери от меня этого, с руками Кинг Конга.
– А оно мне это надо?
– Влад, это дедовщина.
– Молчи, на нас уже пальцами тыкают. Кстати, Илия, та что тебе понравилась, идёт сюда. Прекратить разговоры. Что у неё под паранджой? Быстро идёт. Как бы, Андрей, чего не случилось.
– Есть. Я остановлю её. Стой! Влад, она не слушает.
– Подыми автомат в её сторону.
– Что-то слишком быстро идёт.
– Командир, приказ!
– Андрей, подыми ствол! Замерли.
– Ой, сейчас от нас останется одно название. И никто не узнает где могилка твоя…
– Андрей, отставить песню! Илия, отставить выстрел! И не паниковать. Стоять, смотреть и улыбаться.
– Влад, она чёто нездоровое хочет сделать.
– Илия, отставить! Стоять!
– Поздно, Влад!
– Да не лежи ты на ней, раздавишь!
– Вот она реальная действительность. Тут только что нам рассказывал о кувшине, о газели а сам… Да не заламывай ей так руки! Это у тебя по лёгкому, а для неё сейчас всё закончится поломанными костями.
– Андрей, заткнись.
– Молчу.
– Илия, проверь теудат-зеут [13] Теудат-зеут – удостоверение личности в Израиле.
. Что она сказала, Андрей?
– Она говорит на арабском, что Илия ей понравился.
– Вот язык! Запутаться можно в согласных звуках. Илия, отпусти её и помоги подняться. Уже всю обшарил? Что при ней?
– Вот, сумочка.
– А в ней?
– Как и у всех – косметика.
– Чёрт! Извинись перед дамой и отпусти.
– Простите, мадемуазель!
– Что-то не так. Почему она вдруг стала убегать?
– Ну, понятное дело. Гора поклонилась хрупкой женщине и та побежала.
– Интересно, чего она действительно хотела?
– Илия, посмотри: кошелёк на месте?
– Чёрт, вот бестия! Сейчас я её…
– Отставить! Не злись. Пусть празднует победу над солдатом Израильской армии. Опять победила красота, а воин проиграл. Пусть так и будет всю жизнь, и мир тогда станет ярче. Не нервничай, Илия. Куплю я тебе твой фалафель [14] Фалафель – арабское блюдо, представляющее собой жареные во фритюре шарики из измельчённого нутаа (или бобов).
.
– И гамбургер?
– И гамбургер в Макдональдсе. И всё-таки она прекрасна…
– Кто? Арабка, что так хитро спёрла кошелёк?
– Ну, да. Вот так они и правят нами, женщины в одежде и без, потому как они прекрасны.
Босая нога осторожно коснулась холодного пола. Я еле поднимаюсь. Где-то должны быть ботинки, а в них надоевший песок вчерашнего дня. Форма. Черт, я не разделся вчера. Так и шлёпнулся спать. Вот это я устал! Знаменитый на всю нашу комнату таракан Борька тут же бросился наутёк. Жирный такой, откормленный свежими крошками от гамбургера, он не нуждается в моём приветствии. Сам знает – утро наступило. Теперь главное чтобы на него никто не наступил. А то противный хруст прилипнет к ушам на целый день. У нас тараканы ого какие, с пол ладони. Сквозь пелену сна вижу рядом на столе обёртку. На ней зелёным написано много-много слов «Макдональдс». Фу, какая гадость эти гамбургеры. И, как я их вчера мог есть? А может это и не я? Во рту будто стадо слонов, извиняюсь за пикантные подробности, одновременно опорожнилось. Левая нога ползает по полу в поиске ботинка. Правая свой уже нашла, и попала с точностью выстрела снайперской винтовки. Но вставать не хочет. Рука лениво помогает левой ноге. Шарит по полу и, наконец, вытаскивает из-под койки ботинок красного цвета.
Читать дальше