Лю Цзяньвэй - Прорыв

Товарищ заместитель командующего, дивизия «А» докладывает план следующего шага операции.

Сказав, он с ненавистью покосился на Чан Шаолэ.

Говори, – махнул рукой Фан Инда.

Хуан Синъань прочистил горло и только открыл рот, чтобы заговорить, как сломя голову прибежал офицер штаба, размахивая телеграммой.

Телеграмма из второго полка! Они обнаружили основные силы «синих», их уже атакует второй батальон.

Я пойду разберусь, а потом предоставлю вам доклад, – снова отсалютовал Фан Инда Хуан Синъань.

Поскольку второй полк Цзянь Фаня стремился спасти «командование дивизии», его авангардные отряды столкнулись с первым полком дивизии «С» Чу Тяньшу, как раз разыскивающего штаб дивизии «А». Чу Тяньшу, заслышав, что штаб дивизии «А» где-то поблизости, отдал приказ первому батальону отбить атаку, а сам с двумя батальонами устремился к командованию дивизии

«А». Учения приняли драматический оборот.

Фан Инда, Чэнь Хаожо и Чан Шаолэ, беседуя, вошли в оперативный отдел дивизии «А». Хуан Синъань, стоя перед картой, растолковывал приказ:

Приказываю второму полку во что бы то ни стало остановить основные силы «синих»; третьему резервному полку отправить один батальон, который форсированным маршем подойдёт к

«синим» с правого фланга; первому полку разбиться на две группы, обойти первый полк с обеих сторон и форсированным маршем дойти до флангов «синих», чтобы они не разбежались.

Только он закончил говорить, как снаружи долетели звуки выстрелов, а за ними рев приближающихся броневиков. Чан Шаолэ выскочил первым и от вида развернувшейся перед ним картины покрылся холодным потом. Четыре или пять броневиков веером приближались к командованию, от брошенных холостых фугасов поднимались столбы сизого дыма.

Вы окружены превосходящими силами! – донёсся голос из рупора. – По правилам учений, вы должны немедленно перестать сопротивляться и покинуть учения как пленные.

Чан Шаолэ словно заяц опрометью бросился к броневику, размахивая руками на бегу. В конце концов «синие» офицеры в броневиках увидели, что путь им преграждает сам командир дивизии и остановились у рощи в двухстах или трёхстах метрах от дома.

Чан Шаолэ взобрался на броневик, отобрал рупор у вылезшего наружу солдата, бросил на землю и заорал внутрь броневика:

Чу Тяньшу, а ну вылезай!

Товарищ командир дивизии, а вы что здесь делаете? – в изумлении спросил показавшийся наполовину Чу Тяньшу.

А ну спускайся, – сурово сказал Чан Шаолэ. Чу Тяньшу спрыгнул с броневика.

Что ты наделал! Что ты наделал! – повторял Чан Шаолэ. – Видишь, кто там?

Чу Тяньшу поднял взгляд. Фан Инда и Чэнь Хаожо стояли на большом камне перед входом в дом. Звёзды на их плечах отливали на солнце золотым, седые волосы Фан Инда метались по воздуху словно горячее пламя. Чу Тяньшу раскрыл рот.

Твою ж мать! – вырвалось у него.

Отступите ещё на двести метров, – велел Чан Шаолэ оцепеневшим солдатам в броневиках, – погасите двигатели и ожидайте приказа.

Он потянул за собой Чу Тяньшу, приговаривая на ходу:

Чем серьёзнее говорить о проступке, тем лучше. Спорить не надо. Главное узнать, как заместитель командующего Фан к этому относится.

Когда Чан Шаолэ и Чу Тяньшу подбежали, позиция Фан Инда и Чэнь Хаожо была уже ясна.

Отдав честь, Чу Тяньшу не мог понять, как лучше поступить, он открыл рот, а потом всё-таки высказал:

Командир первого полка дивизии «С» Чу Тяньшу ослушался военного приказа и согласен принять любое наказание.

Чэнь Хаожо с побледневшим лицом молча стоял рядом. Фан Инда с трудом сглотнул и повернулся к Чэнь Хаожо.

Учения завершены. Извести высшее командование на учениях, что завтра в три часа дня здесь состоится подведение итогов.

Распорядившись, он в одиночку пошёл к роще.

Молчали горы, молчали холмы, молчали белые облака в синем небе, молчали и люди, смотря вслед уходящему Фан Инда. Долгое время никто не шелохнулся.

Чэнь Хаожо медленно подошёл к людям из дивизии «А» и злобно уставился на Хуан Синъаня.

Сражение проиграно. Обед-то будет? – Он сделал пару шагов к роще и снова повернулся. – Заместитель командующего Фан болен, приготовьте ему место для послеобеденного сна.

Офицеры дивизии «А» в молчании вернулись в командование. В равнине остались только Чан Шаолэ и Чу Тяньшу, стоявшие навытяжку. Они, не двигаясь, смотрели друг на друга.

Пришла беда, отворяй ворота, – проскрипел сквозь зубы Чан Шаолэ. – Прикажи развести походный костёр, приготовьте всё, что есть. Поставь в известность каждое отделение, чтобы никакой болтовни, никаких улыбок и тем более песен, не то сожру с потрохами.