Ле Тян - Операция Альфа

Стивенсон долго мрачно смотрел на Биня, потом на его лице все же появилось некоторое подобие улыбки:

— Ваши доводы заслуживают внимания. Должен признать, что они свидетельствуют о том, что вы обладаете стратегическим мышлением, то есть, как раз тем, чего так не хватает многим высшим офицерам республиканской армии.

— О, вы совсем захвалили меня, господин советник. Таких, как я, обычно называют «стратегами из кафе». Кстати, я почерпнул этот термин из передач вашего радио, а также из статей в ваших газетах. На самом деле я лишь смутно понимаю обстановку, хотя полковник Винь Хао и подполковник Фонг вот уже два месяца прилагают все усилия, чтобы она стала для меня ясной.

— Прошу вас, продолжайте. — Стивенсон показал на бокал Биня и расставленные на столе кушанья. — У меня давно не выдавалось свободного времени, но как раз сегодня мне хотелось бы подольше побеседовать с вами. На разные темы. Не откажете, подполковник?

— Ну что ж, готов.

Стивенсон кивнул. Фонг снова наполнил бокалы. Бинь сделал глоток и незаметно сплюнул в платок. Фонг улыбнулся, с заговорщицким видом подмигнул ему.

— Помнится, — начал Стивенсон, — я как-то обещал вам, что назову истинные направления главного и вспомогательного ударов. Сегодня двадцать второе декабря, и я думаю, что могу уже себе это позволить. Все, что я вам сейчас скажу, больше не представляет никакой тайны.

В этом сухом сезоне из Соединенных Штатов уже переброшены одна десантная дивизия и две пехотные бригады. Мы приняли решение выделить пять американских дивизий и три бригады для нанесения главного удара в восточной части Намбо, а конкретно — в ваших зонах С и Д. Если понадобится, мы выделим на усиление еще несколько боевых соединений вьетнамской республиканской армии. С такой крупной группировкой, сосредоточенной на ограниченном пространстве, мы можем сделать многое. Но мы поставили себе скромную цель: разгромить дивизии вьетконговцев, сосредоточенные в этом районе, чтобы снять угрозу, нависшую над Сайгоном. На остальных участках фронта будут нанесены вспомогательные удары, сила которых будет зависеть от конкретной обстановки в данном районе.

Однако сейчас регулярные силы северовьетнамской армии оказывают очень большое давление в 1-й зоне, и поэтому мы приняли решение приостановить операцию «Еллоу стоун». Только приостановить. Сухой сезон продлится до конца апреля следующего года. К тому жене обязательно вести боевые действия только в сухой сезон. Ведь сезон дождей приносит трудности не только нам, но и нашему противнику. Как вы, подполковник, верно заметили, мы не можем оставаться в ваших военных зонах С и Д, в то время как регулярные северовьетнамские части хозяйничают в нашей 1-й зоне. Однако не можем перебросить туда и все свои силы. Мы вынуждены ждать, пока противник не раскроет свои намерения. В зависимости от этого и будет принято окончательное решение. Итак, отборные силы численностью более полумиллиона человек вынуждены ждать! Понимаете ли вы, подполковник, что это значит? Это значит, что мы выпустили инициативу из своих рук!

Что, по-вашему, подполковник, нам — я имею в виду нас с вами — следует предпринять? Ведь вы сейчас на нашей стороне, не так ли?

— Действительно, сотрудничая с вами, я нахожусь на вашей стороне. Но в беседе я иногда путаюсь. Я не совсем еще привык. Так что не будьте злопамятны.

— Ничего, ничего! Я хочу, чтобы вы, подполковник, ответили на мой вопрос. Повторяю: что нам с вами следует сейчас предпринять?

— Если говорить частно, то я не совсем понял ваш вопрос и поэтому снова не знаю, как на него ответить, чтобы угодить вам.

Стивенсон метнул на него злобный взгляд, но быстро взял себя в руки. Он осушил свой бокал, платком вытер уголки рта и с улыбкой сказал:

— Вы правы, вопрос мой каверзный и ответить на него непросто. Скажите мне вот что: действительно ли вы верите в то, что Ханой выбрал нашу 1-ю зону для нанесения своего главного удара в этом сухом сезоне?

— Да, я действительно верю в это.

— А я вот не верю, несмотря на все ваши рассуждения, — Стивенсон ткнул пальцем в сторону Биня, — несмотря на ваши теории, — он ткнул пальцем в сторону Фонга, — и рассуждения еще очень многих людей, — Стивенсон рукой описал широкий круг. — Все они похожи одно на другое, и все в ладах с логикой. А знаете, почему не верю?

Бинь вопросительно посмотрел на него, но про себя подумал: «Говори, говори все, что там есть у тебя за душой, а я потом скажу то, что мне нужно». Отрицательно покачав головой, он ответил: