Загорцев Владимирович - Город

– Аааааааа,- заорали чеченцы и принялись лупить в белый свет как в копеечку.

По всей видимости граната повредила один из движков. И БТР вытягивая на одном пытался проскочить простреливаемый участок. Вдогонку я послал вторую, но бесполезно, граната грохнула об угол дома. БТР показался весь в прямой видимости.

Моя подгруппа заработала из стрелкового, сняв несколько человек с борни. Водитель все же имел какой-то опыт и выжимая последние силы из оставшегося движка дал газу, проскакивая простреливаемую зону. Третью гранату я не успел никуда послать , хотя и целился под башню, что бы хотя бы заклинить её. Пашина подгруппа ударила с другой стороны одновременно двумя "мухами " в нос и в левый борт. Третья граната прошуршала у нас над головами и разорвалась , где-то среди крон деревьев. Кипрачев встав в полный рост расстреливал барабан своего пулемёта. Почти, что в упор, по корчащимся на броне людям. И на этот раз нам повезло. У нас все целы, никто не ранен, мы уничтожили одну единицу вражеской бронетехники. Теперь я вспомнил, кого мне эти боевики . сунувшиеся на броне на узкие улочки напомнили. Они напомнили мне нас самих и нашу колонну так же расстреливаемую с разных сторон и с безопасных заранее оборудованных мест.

Перегруппировались, досмотрели подбитый БТР. Старая неухоженная машина, кое -как поставленная на ход. Ничего интересного у убитых стандартные наборы, автоматы, подсумки, магазины по карманам, гранаты и прочая чепуха. Но досматривать особо пристально времени нет, скорее всего скоро здесь снова появятся боевики, надо прятаться.

Где-то через час когда уже более менее рассвело, к БТРу начали подходить какие-то люди, в том числе и женщины. Молча без причитаний убитый уволакивали. Я сидел в окопе, наблюдал за происходящим в бинокль и чувствовал себя как на раскалённой сковородке. Случайный взгляд в нашу сторону и мы обнаружены. Однако всё обошлось, жители пособирали трупы, уволокли оставленные нами без внимания автоматы и не оглядываясь , разбрелись, кто куда. Днём вести какие-нибудь разведывательные действия было по крайней мере неразумно. Потихоньку перебрались в дом. Найденных нами "рабов" решили никуда пока не отпускать. Мало ли, что может случиться, мужики итак забиты и запуганы. Попадут в руки боевиков и сдадут нас со всеми потрохами, а нам это ой как не надо итак здесь находимся на птичьих правах.

Наблюдателей выставили на полуразрушенном чердаке туда же и забрался связист.

"Найденыши" проснувшиеся от звуков недавнего боя жались в углу и испуганно посматривали на нас. Вдруг мы озверимся и начнём вымещать свою злость на них ?

Паша занимавшейся хозяйственной деятельность недолго думая припряг "освобождённых" для различных работ. Кого-то заставил громоздить кирпичные завалы в широких коридорах дома, кого-то помадил чистить картошку для завтрака. Я разобрав трофеи обнаружил несколько десятков противопехотных мин "лепестков" ПФМок и пару ОЗМ-72. ПФМки были мнении к чему а вот ОЗМки вполне можно было использовать для выставления небольшого минного поля , дабы обезопасить подходы к своей цитадели.

Взяв в руки подкотельник с горячим чаем, я осторожненько поднялся на чердак к наблюдателям. Григорович равнодушно рассматривал, окрестности в бинокль и смачно позёвывал. Связист дремал в уголку напялив на голову наушники. От моего пинка он проснулся очумело помотал головой и включил радиостанцию.

На пункт управления на этот раз выйти не удалось. Зато наши друзья мотострелки живо отозвались. Проснувшийся "Янтарь" расспросил , меня про обстановку и пообещал влупить по месту сбора техники боевиков, ежели группировочная артиллерия игнорирует мои данные. Он поинтересовался не собираюсь ли я обратно. В принципе задача выполнена и система обороны боевиков в этом районе более менее вскрыта . Можно и вернуться. Хотя если вернемся то нам снова нарежут задачу, а того и гляди могут кинуть в центр города, а туда как то я не очень стремился. Здесь хоть и шастают боевики на БТРах всё равно как-то поспокойнее. Переговорив с начальником блок-поста я побегал по частотам послушал переговоры, доклады о "двухсотых", "трёх сотых". Кому- то, приходилось несладко, намного хуже чем нам. Погибала целая бригада на вокзале, но я об этом как-то не задумывался. Попозже когда мы уже работали в Ленинском районе города, события тех дней стали более менее известны, но какого-либо отпечатка почему-то не оставили , видно сильно был занят делами своего маленького подразделения и спасением своей шкуры и своих подчинённых. Задумываться над бойней в районе железнодорожного вокзала я стал намного позже, уже через несколько лет, когда началась вторая Чеченская а так всё было недосуг.