Загорцев Владимирович - Город

– Сможешь на них выйти ?

– Без проблем, тут же до них рукой подать их же вон в окошко видно.

– Давай тангенту.

Я напялил наушники и нажал клавишу вызова

– "Ленточка" я "Ходок" как слышишь меня приём!

– Бляяя, ты кто такой "Ходок", ты кто такой, не мешай уйди с волны

– Я свой, я свой хочу выйти на вас, как слышишь приём..

– Ты откуда, выйдешь кругом чичи, ты из них что ли, ты что хочешь?

– Задолбал, придурок, чичи отходят в глубь и обратно к мосту я свой.

– Какой ты на хрен свой, здесь нет своих.

– Еще раз повторяю я свой у меня одиннадцать человек, я сейчас выйду на вас со стороны дома и со стороны подбитых БТРов, у меня раненные.

– Иди на хер "Ходок" тут везде трёхсотые и двухсотые, если выйдешь тебе конец..

Я плюнул на идиота, кому, что- либо объяснять было бесполезно. Ко мне подбежал один из моих разведчиков сидевший в наблюдении на крыше.

– Товарищ. лейтенант чеченцы прямо убегают отсюда, прямо несутся со всех ног , херня какая-то творится.

Я понесся на крышу. Действительно, внизу творилось нечто интересное, боевики занимавшие оборону в соседних домах в спешном порядке отступали в глубь кварталов.

Надо всё таки попытаться прорваться к своим на колонну момент удобный. Пришлось будить Пашу и снимать наблюдение. Сгруппировались в квартире на первом этаже и выбрались наружу . Пока от нашей колонны нас закрывали невысокие деревья и наши сгоревшие бронеобъекты. Вроде никто по нам не стреляет. Движемся потихоньку, тащим раненного и снова впавшего в беспамятство Котельского. Остальные раненные спокойно передвигаются сами, слава богу, раны пустяковые осколочные, вот только связист выглядит нелицеприятно особенно его красные от крови штаны сзади. И не перевязать и зеленкой не помазать. Мне почему-то стало смешно, когда я представил душевные муки связиста. Старший головного дозора Еж потихоньку подполз к одному из сгоревших БТР-ов, обогнул его и выглянул наружу. Я снова начал вызывать по связи "Ленточку" и ругаться с неизвестным связистом, звать кого -то из командиров он наотрез оказался и послал меня куда подальше. Подползли ближе к нашей технике и валявшимся мертвым бойцам. Из перекрестка ведущего на дорогу к мосту выскочил шустрый жигуленок и помчался на бешенной скорости вдоль нашей подбитой техники. Из окон поливали из пулемёта. В две секунды я и Паша забрались на подбитый бронетранспортёр. Когда жигуленок поравнялся с временной позицией группы, мы ударили по нему из всех стволов. В нашу сторону начали долбить со стороны пустыря. Свои же федералы.. Вот хорошо как получается, мы подстрелили каких-то негодяев, а по нам уже лупят. Где же благодарность, чёрт побери. Я уже в отчаянии выпустил последнюю оставшуюся красную ракету и плюхнувшись на пузо среди мертвых бойцов начал наблюдать. К нам никто не выдвигался на помощь но слава богу и стрелять перестали. Придётся идти самим. Ну. что же пойдём помолясь. Я встал на броне в полный рост и тут же снова упал по мне открыли огонь. Ну и как тут быть. Уходить обратно . Уже поздно. Боевики откатились вглубь кварталов и так как вчера пробежаться с ветерком вряд ли получиться. Есть возможность попасть под реальный пресс и навряд ли отделаемся только легкими ранениями. С другой стороны не сможем мы таскать вечно с собой раненного Котла ему все хуже и хуже весь уже бледный и трясет всего. Была не была я снова встал в полный рост и не таясь спрыгнул и поднял руки вверх с автоматом. Связист громко орал в тангенту :

– Идиоты, мы разведка с группировки видите он руки поднял не стреляйте!!

Наверно поверили по мне никто не стрелял. В нашу сторону выдвинулось пара БМП. Мы встали и перебежками начали перебегать пустырь, то и дело натыкаясь на трупы и боевиков и наших мотострелков.

Броня полетела и нас взяли в коробочку. На нас смотрели перепуганные и озлобленные лица, бойцов. По всей видимости офицер, одетый в черный танковый бушлат и шлемофон направил на меня ствол коротыша АКСУ.

– Кто такие, бля, что здесь делаете?

Иногда мой мозг сам по себе включается в работу как-то отдельно от всего сознания анализирует, сопоставляет факты и выдает готовые решения сразу на речевой аппарат.

Контакт надо было устанавливать сразу одним махом, а не объяснять долго и упорно кто мы такие иначе сами себя запутаем и рискуем быть расстрелянными в упор. Вот мой мозг совместно с языком и выдал не спрашивая у меня никакого разрешения:

– Слышь Ленпех круче всех, успокойся свои мы разведка с Ханкалы.