Владимир Дудченко - Канал

— А х…й знает, — Кузакин от огорчения плюнул на землю. — Пошли водку допивать поскорее. Хабиры сейчас набегут: свяжись с Каиром, поехали в бригаду… В общем, обычная история.

В комнате никого не было. Кузакин и Полещук посмотрели на стол. Один стаканчик был опрокинут, на полу осколки тарелки с рассыпавшимся рисом. — Слава Аллаху, водка цела, — сказал Кузакин и оглядел комнату. — Куда бойцы-то подевались? — Из-под кровати послышалось сопение, зашевелилось покрывало, и оттуда с трудом стал выползать Захарченко. Лицо его было бледным и грязным от пыли.

— Ну, ты даешь, Захар! — удивился Кузакин. — Как ты под койку забрался? С твоей-то комплекцией? — Кузакин громко заржал. Полещук тоже засмеялся. Захар стал на карачки, затем выпрямился. На его лице появилась кривая ухмылка, руки заметно дрожали.

— А где наш Хушвахтов? — Кузакин заглянул под вторую кровать. Там никого не было. — Ладно, найдется. Давайте за стол. Ждать не будем.

Расселись по прежним местам, и Полещук разлил по стаканам „Столичную“.

— За твое боевое крещение! — произнес Кузакин и чокнулся с Полещуком. — Захар, перестань дрожать! — Добавил он, увидев, как мелко трясется стаканчик в руке Захарченко. Все выпили.

Полещук не стал уточнять, что так называемое боевое крещение он принял раньше, что был награжден медалью за свою работу в экстремальной обстановке, когда группа советских инженеров и техников под интенсивным артобстрелом монтировала зенитно-ракетное оборудование в зоне канала.

…Ни советники, ни переводчики 9-й пехотной бригады, разумеется, не знали, что день приезда Полещука совпал с началом очередного этапа масштабной военной операции ВВС Израиля под условным наименованием „Боксер“. Всего за пару дней израильтяне уничтожили шесть батарей зенитно-ракетных комплексов С-75, пять радиолокационных станций раннего обнаружения, сбили семь египетских МИГов, разгромили с десяток позиций артиллерии. Потери египтян в живой силе составили не меньше двух сотен человек убитыми. Господство Хель Авира в воздухе Египта стало полным.

Генерал-полковник Катушкин молча стоял у карты Египта. За длинным столом в виде буквы „Т“ сидели генералы-советники в видах вооруженных сил Египта и родах войск. Лица генералов были заметно удрученными, некоторые курили.

— Что, товарищи генералы, — повернулся к своим подчиненным главный военный советник, — дали вам евреи просраться? — Генералы молчали. — Посмотрите на карту, — Катушкин ткнул короткой указкой в северный сектор Суэцкого канала, — от Порт-Саида до Суэца и южнее, — он опустил указку, — уничтожены все передовые РЛС и зенитно-ракетные комплексы. Как это понимать? — Лицо главного стало жестким, желваки зашевелились. — Зачем вас сюда прислали? Сертификаты скирдовать или учить воевать? Это к вам относится в первую очередь, товарищи генералы Дольский и Сизарев!

— Разрешите объяснить? — поднялся советник командующего ВВС генерал-майор Дольский.

— Не разрешаю! — отрезал Катушкин и стукнул указкой по столу. — Что ты вообще можешь объяснить? Семь самолетов за два дня! Семь!

— Так летчики такие, товарищ генерал-полковник!

— Учить, значит надо! Если хреновые! — Катушкин обвел глазами сидевших за столом. Глаза генерала метали молнии. — Только спирт жрать горазды твои советники!

— Товарищ генерал-полковник! — не выдержал Дольский.

— Что, товарищ генерал-майор авиации? Не нравится? А мне нравится выслушивать упреки министра обороны? И президента Насера! — Катушкин бросил взгляд на портрет египетского президента, потом медленно обвел гневным взглядом генералов. Генералы опустили головы. — Как пацан провинившийся стоял на ковре! Позор! Евреи летают, как у себя дома. Ладно, извини, Григорий Устинович, за резкость. — Катушкин сделал несколько шагов по кабинету и, наконец, сел за свой стол.

— Разрешите, Иван Сергеевич? — совсем по школьному поднял руку советник командующего ПВО генерал-майор Сизарев.

— Да, Василий Федорович, слушаю тебя, — кивнул головой Катушкин.

— Комплексы С-75 показали свою низкую эффективность в борьбе с низколетящими целями противника…

— Да, знаю я, знаю, — раздраженно прервал Катушкин Сизарева. — Ты еще вспомни „телеграфные столбы“. Так, кажется, обзывали эти ракеты американские пилоты во Вьетнаме?

— Так точно, товарищ генерал. Я все-таки продолжу с вашего разрешения.

— Давай!

— Евреи не менее опытные боевые летчики, чем американцы. Более того, Иван Сергеевич, среди летного состава, по моим данным, немало евреев американского происхождения, воевавших во Вьетнаме. Это — асы. Они прекрасно знают недостатки „Двины“ и атакуют позиции на малых высотах. А местонахождение всех ракетных позиций израильская разведка засекла давно…