Владимир Дудченко - Канал

Саша Полещук довольно легко поступил в Военный институт и его первым языком стал арабский…

Военный атташе посольства СССР в Каире полковник Сергей Иванов еще раз прочитал шифровку из Центра и задумался. Было над чем задуматься ему, резиденту Главного разведывательного управления советского Генштаба: Москва сообщала о том, что некий Мирван Хасан посетил посольство Израиля в Лондоне на Грин-Палас и имел контакт с сотрудником израильской разведки Моссад. А египтянин этот, по имеющимся данным, якобы является каким-то родственником самого президента Египта Гамаля Абдель Насера. И Центр приказал Иванову проверить эту информацию.

Кадровый разведчик Иванов прекрасно понимал, чем вызван интерес ГРУ к личности египетского гостя израильтян. Ведь если этот Хасан действительно родственник Насера, ему, возможно, доступна секретная информация о советско-египетских военных контактах, в первую очередь, о поставках Египту современного оружия и техники.

Этого еще не хватало, — размышлял Иванов, закурив сигарету, — мало нам головной боли с американскими Ф-4 („Фантомами“), которыми озадачил Центр. Кровь, мол, из носу, ройте землю, но добудьте любую электронику самолета. А как ее достать? Тем более, что самолеты, похоже, еще не поступили на вооружение Хель Авира [ВВС Израиля — ивр. ] Там, в Центре опережают события: ни один „Фантом“ в воздухе над Египтом пока не замечен. Вот и ломаем головы которую неделю. Операция „Железо“, черт бы ее побрал… — Иванов взял со стола шифровку. — Мирван Хасан. — Надо искать контакты в окружении Насера и военного министра генерала Фавзи. Иначе никак…

Размышления резидента прервал стук в дверь. Иванов загасил в пепельнице окурок, положил в сейф шифровку, закрыл его и повернулся к двери.

— Да. Войдите! — Дверь кабинета приоткрылась, и в проеме появился майор Валерий Озеров, старший оперативный работник резидентуры, работающий под крышей торгпредства.

— Разрешите, Сергей Викторович?

— Заходите, Валерий Геннадьевич. Присаживайтесь. Что у вас?

— Хотел доложить, что с диппочтой со вчерашним самолетом из Москвы нам ничего не было.

— С опозданием докладываете, Валерий Геннадьевич, — Иванов нахмурил брови. — Я уже в курсе, посольские доложили.

— Извините, замотался вчера. Две встречи по явке…

— Ладно. Что еще?

— Вернулся из отпуска генерал Верясов. Говорят, злой как черт. И тем же рейсом прибыли четыре новых советника. Все в войска ПВО. Плюс три переводчика с арабским.

— Кто такие? Опять, наверное, Азербайджан?

— Да, нет, Сергей Викторович, хуже — Узбекистан. Двое. Третий — кадровый: лейтенант Полещук. Кстати, знаю его по институту, немного преподавал практику языка в его группе.

— Перспективный?

— Думаю, в принципе, да. Но…

— Что но? Надо использовать.

— Не получится, Сергей Викторович. Его направили в пехотный батальон куда-то под Суэц.

— Странно. Кадрового офицера-арабиста в пехотный батальон? Туда же обычно двухгодичников отправляют… Ладно, Бог с ними, переводчиками. Давайте, Валерий Геннадьевич, к нашим баранам. Что сообщает агентура?

Ожесточенная перестрелка с применением тяжелых видов оружия возникла вчера во второй половине дня между египетскими и израильскими войсками в зоне Суэцкого канала, говорится в заявлении представителя командования вооруженных сил Объединенной Арабской Республики, переданном агентством МЕН. В заявлении отмечается, что перестрелка началась в северном секторе канала в районах паромной переправы N 6 и Исмаилии в 13 часов 15 минут по местному времени. Около 16 часов она прекратилась, после того как египетская артиллерия подавила ряд огневых точек противника.

Выполнить приказ генерала Катушкина оказалось совсем непросто. Лишь через два дня Полещука перевезли из гостиницы „Виктория“ в пригород Каира и разместили в Насер-сити-3, одном из недавно построенных 11-этажных домов, за которым начиналась пустыня. Четыре высотки почти целиком были заселены советским людом: военными специалистами, советниками, переводчиками, семьями. Чуть дальше, практически в пустыне, вовсю шло строительство еще двух таких же высоких жилых домов.

Относительно недалеко от комплекса Насер-сити находился один из фешенебельных районов египетской столицы — Гелиополис. Впрочем, местные жители, далекие от знания греческого языка, называли его не „Городом Солнца“, а Новым Каиром.