Владимир Дудченко - Канал

Когда-то этот квартал назывался «Шарона» и принадлежал первым немецким колонистам, жившим в двух-трехэтажных домах без архитектурных излишеств, характерных для рабочих кварталов Южной Германии. Со временем эти дома по обеим сторонам дороги заняли различные структуры министерства обороны, других силовых ведомств, их управления и службы.

В одном из кабинетов генштаба генерал-лейтенант Мордехай Цур, заместитель начальника ГШ, проводил совещание. Совещание было срочным и важным: информация, поступившая из Египта и обработанная аналититическим отделом, требовала принятия решения.

— Хевре, — сказал генерал Цур. — Обстановка крайне серьезная. По информации нашего человека в Каире, курирующего агента «Рамзеса», Советы, силами дивизии ПВО, включая авиацию, высадились в Александрии и активно наращивают свое военное присутствие. — Он посмотрел на начальника АМАНа Эли Ярива и заместителя шефа Моссада Наума Арада, словно ожидая от них подтверждения своих слов. — Те молча кивнули в знак согласия. И генерал продолжил:

— К сожалению, эту информацию мы получили с опозданием… Но проблема не в этом. — Он встал со стула и с указкой подошел к карте на стене. — По данным агентуры, подтвержденным воздушной разведкой, — Цур бросил взгляд на командующего Хель Авира, генерала Мордехая Фейна, — авиация Советов в составе 108-й и 106-й истребительный авиабригад дислоцируется на аэродромах Каир-Вест, — генерал Цур показал указкой, — Дженаклис и Бени-Суэйф. Имеются пока не подтвержденные данные о появлении на территории противника бомбардировщиков типа ТУ-16 с русскими экипажами. Надеюсь, что Моссад, — он посмотрел на Наума Арада, — поможет военной разведке. — Цур перевел взгляд на Эли Ярива. — Это крайне важно… — Он ненадолго задумался и положил указку на стол:

— Кен, Наум?

— Бэтах, — коротко согласился Арад.

— Истребители Советов МИГ-21 с опознавательными знаками Египта уже начали полеты, — продолжал генерал Цур. — Службы радиоперехвата зафиксировали переговоры в воздухе на русском языке. Но Суэцкий канал они не пересекают… Пока не пересекают. Впрочем, уже сам факт присутствия русских в воздушном пространстве противника создает определенные проблемы для Хель Авира: мы же с Советами не воюем! Это все плоды твоей тактики глубокого проникновения, Мотти! — добавил Цур, обращаясь к командующему Хель Авира генералу Фейну, и улыбнулся в знак одобрения. — Будем надеяться на благоразумие русских, но в любом случае нанесение воздушных ударов по объектам в глубине территории Египта оказывается под вопросом, так как неизбежно приведет к столкновению с русскими. — Генерал в задумчивости потер лоб, вероятно, думая о том, что принятие решения по этой проблеме должно происходить не здесь, в генштабе, а в Кнессете с участием Голды Меир и Моше Даяна. Потом взял указку и вновь повернулся к карте:

— С вашего позволения, хевре, я продолжу. Теперь о русской дивизии ПВО. По данным нашей разведки, зенитно-ракетные дивизионы САМ-3, точное количество которых пока не установлено, занимают позиции в пригородах Каира, Александрии, Асуана и в приканальной зоне. Советы прикрывают также упомянутые аэродромы и военно-морскую базу на севере. Это — в общих чертах, более подробно расскажет генерал Ярива. Ялла, Эли!

Начальник АМАНа Элияху Ярива (недавно вернувшийся из Вашингтона, где занимал пост военного атташе, и еще не утративший лоска дипломата) взял у Цура указку и подошел к карте. Пояснения его, однако, не изобиловали особыми подробностями и сводились к тому, что русские вместе с египтянами продолжают создавать мощный противовоздушный щит, состоящий из зенитно-ракетных комплексов САМ-3 (С-125), САМ-2 (С-75) и скорострельных самоходных артиллерийских установок, которых русские называют "Shilka".

— Процесс находится в развитии, — сказал Ярива. — По информации наших источников и данным воздушной разведки, египтяне продолжают строительство позиций на всем протяжении приканальной зоны. — Указка в руке генерала провела линию вдоль Суэцкого канала. — Не дожидаясь окончания работ, русские вынужденно занимают временные позиции прямо в пустыне… Несколько ракетных пусков по самолетам они уже совершили, но, к счастью, Хель Авир потерь пока не имел…

— Тов, Эли, — сказал Мордехай Цур. — Хорошо. А что нам скажет главный авиатор? Давай, Мотти, доложи о действиях Хель Авира!

Генерал Мордехай Фейн, несмотря на молодость, четвертый год успешно командовавший Хель Авиром, кратко доложил о действиях авиации за последний период, а в конце сказал: