Жан Лаффит - Командир Марсо

Едва комиссар закончил речь, как Клебер запел «Песнь отправления» [14] «Песнь отправления» — патриотический гимн периода французской революции 1789 года, написанный Мари-Жозефом Шенье. — Прим. перев. . Ее сразу же подхватило множество голосов. Поль Пейроль тоже пытался подпевать; рядом с ним Роже Беро и старый Пикмаль слушали песню, стоя в положении «смирно».

Пейроль не знал, что накануне в штабе батальона разгорелся жаркий спор между Роланом и капитаном Поравалем. Ролан хотел атаковать бронепоезд с небольшой группой добровольцев, а Пораваль предлагал ввести в город все имевшиеся в их распоряжении силы. Один основывал свой план на молниеносном и смелом ударе, не заботясь о поддержке или прикрытии ударной группы, а другой считал нужным захватить перед атакой все опорные пункты в городе. В первом случае слабо прикрытой группе грозила опасность полного уничтожения, во втором — большая концентрация партизанских сил могла вызвать массированный удар противника. Спорили дольше, чем обычно, пока наконец удалось прийти к согласованному решению. Два отряда должны оставаться в боевом охранении на окраинах города; они построят баррикады у каменного моста и на путях отхода партизан. А тем временем два других отряда направятся к вокзалу. Надо было принять меры предосторожности, продумать все детали атаки и обеспечить наилучшие условия для отхода. Поравалю очень хотелось руководить операцией, и он собирался уже просить об этом Марсо, когда тот неожиданно обратился к нему:

— Капитан! Сегодня я должен передать вам командование вторым батальоном.

— Кто меня назначает?

— Департаментский военный комитет. Совместно с вами мы укомплектуем ваш штаб. Пайрена и Констана я оставляю у себя в штабе сектора.

— А моя рота?

— Подберите сами подходящую кандидатуру.

В восемь часов утра колонна машин двинулась по проселочным дорогам. Часа через два группы заняли исходные позиции на окраинах Мюссидана. Одни принялись строить временные заграждения на дорогах, а большая часть людей вступила в город и двинулась к вокзалу. Встревоженные жители, появляясь на порогах своих домов, спрашивали проходящих бойцов:

— Что случилось? Куда вы направляетесь?

— Не выходите из домов. В самом городе ничего не произойдет.

Напрасны все старания! Ребятишки, ускользая из-под родительского надзора, бежали за бойцами, желая поближе рассмотреть странных солдат, марширующих без формы, с оружием в руках и гранатами на поясе. Один из них закричал: «Мама, смотри-ка, охотники!»

Из одного окна молодая девушка послала партизанам воздушный поцелуй. Лавочник воскликнул: «Да здравствует Франция!» Старушки крестились. Некоторые жители отходили в сторону, опасливо оглядываясь и перешептываясь между собой. Кто-то закричал: «Уходите!» — и скрылся в своем доме. На каменном мосту жители городка помогали бойцам строить баррикаду…

Сойдя с грузовика, мушкетеры вскарабкались по тропинке на склон. И вот они уже на месте. Д'Артаньян быстро произвел разведку местности и, указав направление для отхода, сразу же наметил план действий:

— Отдыхаем здесь в течение получаса. Затем располагаемся там, внизу, как можно ближе к домику. Когда товарищи у вокзала перейдут в атаку, мы открываем огонь, чтобы отвлечь внимание противника. По моему сигналу все по одному отходят.

Теперь оставалось только ждать. Для Пейроля это ожидание становится просто невыносимым. Бесконечное ожидание — ночью, когда он, размышляя, не спал; по пути сюда, в машине, где надо было держаться начеку; здесь, под деревьями, когда они отдыхали, как ни в чем не бывало. И вот теперь ему опять приходится ожидать, укрывшись за виноградными лозами! Все это время он ждет момента, который никак не наступает… Временами из деревни доносится лай собаки и кукареканье петуха, скликающего кур.

Пейроль вспоминает своего брата булочника; должно быть, он ставит сейчас в печь вторую партию хлеба. Вдалеке слышен стук сенокосилки, он то затихает, то усиливается в зависимости от того, где находится упряжка волов. В городе на церковной башне часы бьют одиннадцать раз…

Согнувшись, д'Артаньян пробирается по винограднику от одного бойца к другому, проверяя позиции своих людей. В центре помещается пулемет. Немного впереди, по обе стороны пулеметного расчета, — Беро и Пикмаль. Пейроль, как всегда, рядом с командиром.

— Слушай, старина, — говорит Пейролю д'Артаньян, — если в ближайшие минуты ничего не произойдет, ты отправишься на разведку.