Питер Черчилль - Дуэль умов

Из Канна Мишель с Луизой сразу же выехали в Марсель, чтобы принять участие в совещании марсельского отделения движения Сопротивления.

При первой же встрече Мишеля с Оливье последний выразил сочувствие по поводу неудачи в Шануане.

— Как! Вы уже слышали об этом? — удивился Мишель.

— Конечно! И не только об этом… Я даже слышал, как вы добывали в Арле торт!

— О господи! — простонал Мишель. — Каким образом?

— Самый верный источник информации сейчас — это кафе на набережной.

— Не испытывайте моего терпения!

— Ну… — начал Оливье, — однажды я зашел к Оскару— он держит небольшое заведение на берегу бухты. Там было всего два посетителя: владелец быстроходного катера, который иногда выполняет кое-какие мои поручения, и с ним еще кто-то. Я стоял спиной к их столику — мы разговаривали с Оскаром у стойки — и случайно подслушал разговор. Рассказывал, владелец катера — «И знаешь, что он сделал потом?» — «Нет, а что?» — «Он пошел обратно в кондитерскую и сказал хозяйке: „Вы представляете, какой промах только что совершили?“» — «В чем дело? — забеспокоилась женщина. — Что я сделала?» — «Помните парочку, которая заходила сюда пять минут назад? Мужчина — брюнет в очках?» — «Да, помню». — «Вы не дали им торта?» — «Не дала». — «Ну, так знайте же, это был глава британской разведки!»

— Боже всемогущий! — воскликнул Мишель. — Не удивительно, что жизнь агента обычно так коротка!

— И здесь всегда так, — сказал Оливье. — Ничего не поделаешь, с этим приходится мириться.

— Трудно. Ведь только и слышишь, что то тут, то там кого-то схватили и еще одна жизнь ушла:

— А я привык. Работаю здесь с лета прошлого года.

— Пожалуй, только вы продержались так долго.

— Да. Лорана схватили пять месяцев назад. Счастье, что ему удалось бежать… Шарль из Лиона давно улетел домой на «лизандере»…

Больше говорить на эту грустную тему не хотелось, и они перешли к делам.

Теперь нужно было ждать очередного периода лунных ночей. Самолет решили принять на маленьком заброшенном аэродроме, который когда-то принадлежал местному аэроклубу в Турню, немного севернее Макона. Не было необходимости осматривать этот аэродром, так как недавно английские летчики сфотографировали его и доложили, что он вполне подходит для самолетов типа «лизандер». Одному молодому французу, по имени Роже (не Роже из Канна), поручили следить за тем, что происходит на аэродроме и в окрестностях. Мишелю и его помощникам оставалось лишь добраться до Турню за день-два до наступления лунных ночей и ждать там сообщения Би-Би-Си. На этот раз, однако, летели только Карте и Мишель: «лизандер» — самолет небольшой и берет всего двух пассажиров.

Неудачные попытки принять самолет сильно раздосадовали Мишеля. Ведь этим успешно занимались на всей территории оккупированной Европы, а у него не получилось. Что если опять неудача? Мишель начал серьезно сомневаться в своих способностях и часто задумывался над тем, не объясняются ли его прежние успехи просто счастливой случайностью.

Телеграммы, которыми он обменялся с Лондоном по поводу Арля, были следующего содержания:

Из Лондона:

ЧТО ПОМЕШАЛО ВАМ В АРЛЕ?

От Мишеля:

САМОЛЕТ ПРИЛЕТЕЛ В 02.50. МЫ УШЛИ В 02.35. ПРОЖДАЛИ ЛИШНИХ 35 МИНУТ. ПРЕДСТАВЬТЕ СЕБЕ НАШЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ.

Из Лондона:

САМОЛЕТ ПРИЛЕТЕЛ В 01.50 ПО ГРИНВИЧУ, И ЛЕТЧИКИ НИКОГО НЕ УВИДЕЛИ. ПРЕДСТАВЬТЕ СЕБЕ ИХ РАЗОЧАРОВАНИЕ.

От Мишеля:

ПРИЗНАЮ ВИНУ, ГЛУБОКИЕ ИЗВИНЕНИЯ.

Мишель, всегда исключительно пунктуальный даже в мелочах, вдруг допустил такую грубую ошибку: совершенно забыл о разнице между среднеевропейским временем и временем по Гринвичу! Его всегда глубоко возмущала небрежность других, теперь же он негодовал на себя. Как он допустил такое! Может быть, он выдохся? Нет! Просто он болтун и тупица, и ему пора взяться за ум. Тут Мишель вспомнил Аластера Марса и досадный промах, который тот допустил в своем первом боевом дозоре… Да, ему, как и Марсу, нужно добиться успеха, чтобы заставить всех забыть неудачи. Только бы счастье немножечко улыбнулось ему. Конечно, он не совершит такого сенсационного подвига, как Марс, который одним залпом потопил два итальянских крейсера (об этом Мишель узнал незадолго до своего отъезда в Канн), но у него тоже есть шансы, только действовать нужно энергичнее…

Предстояло много работы. Программа саботажа на железных дорогах выполнялась успешно, и в течение января и февраля Арно передал в Лондон координаты сорока пунктов, куда потом сбросили на парашютах взрывчатку.