Питер Черчилль - Дуэль умов

— Дальше некуда.

— Еще бы!

Задумчиво поглаживая подбородок, Мишель смотрел на хмурого красавца богатыря. На вид ему было лет двадцать пять.

— Арно, — снова заговорил он, — у меня есть одна мысль…

— Да? — насторожился тот.

— Мой теперешний радист скоро уедет домой. Почему бы вам не остаться у меня?

— Ни за что на свете.

— Почему?

— В этой дыре!

— А что же здесь такого?

— Поганое место. Войной и не пахнет. Людишки — дрянь…

— Только не подумайте, что я вас уговариваю, — сказал Мишель равнодушно.

— Во всяком случае, — продолжал Арно более примирительным тоном, — Лондон никогда не согласится с этим, так как в Париж уже сообщили, что я еду.

— Арно, подумайте, и, если согласитесь, я все улажу.

— Подумать, конечно, можно… — ответил Арно, — но Лондон не пойдет на это.

— Хотите поспорим? — предложил Мишель.

— Конечно.

— На сколько?

— На пятьдесят тысяч!

— Идет! Где ваша рация?

— У Портоса.

Мозг Мишеля заработал, вновь появилась надежда.

— Пока оставайтесь здесь, — сказал он. — Я знаю доктора, который охотно разрешит передавать из своего дома на рут де Фрежюс. Раньше там никто не работал. Место вполне подходящее. Потом подберем жилье. В какое время вы должны войти в связь?

— В восемнадцать ноль-ноль.

— Хорошо. Побудьте здесь часок, потом приходите на Жардэн Флёри. Роже расскажет, где это. Портос отведет вас к доктору и познакомит с ним. Ваша рация будет уже там. Когда свяжетесь, передайте вот этот текст.

Мишель достал листок бумаги и быстро набросал на нем:

ОТ АРНО. НЕ ДОСТИГ ЦЕЛИ. НАХОЖУСЬ В КАННЕ. РАЗРЕШИТЕ РАБОТАТЬ С МИШЕЛЕМ. ОТВЕЧАЙТЕ ЗАВТРА ПО ОСОБОМУ ГРАФИКУ В 06.00.

— Портос сводит вас пообедать и покажет место, где будете ночевать, — продолжал он. — Лично я думаю, доктор, принимая во внимание, что утром вам снова работать, не станет возражать, если вы останетесь у него. Если Лондон ответит «нет», я переправлю вас через демаркационную линию, и можете ехать в свой прекрасный Париж. Договорились?

— Договорились, Мишель, — сказал Арно, и впервые за весь разговор на его лице появилось подобие улыбки.

Они пожали друг другу руки, и, уже спускаясь по лестнице, Мишель повернулся и сказал:

— Портос поможет вам установить антенну, а утром зайдет узнать ответ. Не забудьте разницу во времени с Гринвичем. Завтра увидимся. Где именно, сообщу позже.

Несмотря на множество дел, Мишелю казалось, что день тянется медленно. Вечером, ложась спать, он молил фортуну помочь ему заполучить радиста.

На следующий день без пяти восемь он сидел на террасе небольшого кафе, рассеянно потягивая суррогатный кофе, даже не ощущая его отвратительного вкуса, и с нетерпением смотрел на дорогу, где с минуты на минуту должен был появиться Портос.

Вот и он. Точно в назначенное время — молодец!

Пристально всматриваясь в лицо приближающегося Портоса, Мишель тщетно пытался определить по его выражению, каков ответ.

— Здравствуйте, Портос, — сказал Мишель, указывая рукой на стул рядом. — Хотите кофе?

— С удовольствием, — ответил тот, неторопливо усаживаясь.

Мишель заказал кофе, проводил взглядом двух посетителей, которые направились к выходу, и лишь тогда спросил:

— Ну как?

Портос подтолкнул свернутую бумажку к блюдцу Мишеля, тот медленно, одной рукой расправил ее и с радостью прочел единственное слово: СОГЛАСНЫ.

Вопроса о 50 тысячах франков ни один из споривших поднимать не стал. Мишель хорошо понимал, что работать с Арно будет нелегко. Человек он трудный, никому и ничему не верит. Мишель задался целью приручить Арно, привязать его к себе стальными узами, пусть даже на это уйдут месяцы. Характеры у них диаметрально противоположные, и единственный путь добиться доверия и расположения Арно — это убедить его, что он, Мишель, не бросает слов на ветер. Великодушный жест начальства, которое согласилось оставить ему Арно, послужит первым доказательством. Мишель надеялся, что Арно не сочтет отказ от 50 тысяч франков слабостью с его стороны.

После первого контакта с Лондоном Арно по каким-то необъяснимым причинам больше не мог связаться с ним. Жюльен уже уехал. Арно предоставили для работы еще несколько новых квартир в Канне и Антибе. Ему осталась рация Жюльена. Но как он ни пытался войти в связь, все напрасно.

Ежедневно, встречаясь с Мишелем, он повторял одну и ту же печальную историю, пересыпая ее забористыми словечками.

— Ну, Арно, как дела? — спрашивал Мишель.