Питер Черчилль - Дуэль умов

Он не обратил внимания на то, что Луиза вошла в его комнату в халате. Не заметил он и того, как она вытащила бумажник из его пиджака, который висел на вешалке у кровати, пока гестаповцы, следя за каждым его движением, тщательно обыскивали комнату. В бумажнике, кроме 30 тысяч франков, были новые коды для пяти радистов и другие улики.

Луиза, как всегда, позаботилась о Мишеле и положила в небольшой саквояж смену белья и запас носовых платков — все его вещи были разбросаны по комнате в результате бесплодного обыска.

Когда Луиза вернулась уже одетая и увидела на руках Мишеля наручники, она подхватила второе пальто и положила его между руками так, чтобы прикрыть предательскую сталь. В ее улыбке, обращенной к нему, он прочел все…

Медленно, тяжелой поступью Мишель зашагал по коридору гостиницы «Отель де ля Пост». Луиза шла рядом. Он чувствовал, что в спину им направлены пистолеты, спрятанные в карманах макинтошей гестаповцев.

В вестибюле стоял Жан Коттэ, белый, как полотно.

Мишель остановился и посмотрел на своего друга, который подал ему мысль вооружить людей на Плато Глиэр и во всем помогал, не задавая вопросов.

— Господин Коттэ, — сказал он, — извиняюсь, что причинил вам такую неприятность. Вы не могли, конечно, подозревать, что я британский офицер.

Жан пожал плечами, с благодарностью принимая намек.

— Столько людей приезжает к нам, что нелегко разобраться, кто они на самом деле, — проговорил он.

Подошли к машине. Когда все заняли места, Анри спросил Мишеля, в какой тюрьме он предпочел бы находиться — в немецкой или итальянской?

— Какое может иметь значение мой ответ, — сказал Мишель. — Вы в любом случае заберете нас от своих итальянских союзников. Но поскольку вы спрашиваете, то я отвечу, что предпочитаю итальянцев.

Машина тронулась.

Луиза, сделав вид, что поправляет подвязку, подсунула бумажник Мишеля под сиденье. Никто не заметил этого ловкого движения — даже Мишель. Гестапо располагало доносом предателя Роже Барде на целых десяти страницах, зато имена людей в заметках, спрятанных под задним сиденьем, останутся неизвестными. Человек, который найдет бумажник, с радостью оставит себе 30 тысяч франков и предаст остальное огню.

Когда за Мишелем впервые закрылась дверь мрачной тюремной камеры, сердце у него дрогнуло. Он почувствовал себя, как дикий зверь, по неосторожности попавший в западню, из которой нельзя выбраться…

В другой камере Луиза, лежа на тюремной койке, не могла уснуть. Ее мучило, что Анри захлопнул западню раньше, чем она распознала в нем провокатора, и теперь нужно расплачиваться за это дорогой ценой. Мишель должен разделить с ней печальную судьбу.

Хуже всего то, что, если даже ему когда-нибудь удастся бежать, он обязательно свяжется с Роже Барде. Ведь он все еще не знает, что это предатель. Она поклялась выгораживать Мишеля всеми доступными средствами и стараться спасти ему жизнь.

Несмотря на душевную боль, Луиза была полна решимости пройти через все страдания и беды, сохраняя хладнокровие, которое ей не изменяло никогда — ни в радости, ни в горе. В течение долгого мучительного заключения она действительно переносила все с таким достоинством, что покрыла себя славой, которая смущала даже ее тюремщиков.

Так Луиза и Мишель скрылись во мраке и начали долгий путь навстречу смерти или жизни.

Здравствуйте, мадам. Я здесь проездом ( франц .).

Я приехал из Швейцарии и еду в Америку ( франц .).

Прозвище командующего ВМС Англии на Средиземноморском театре военных действий. — Прим. автора .

Боязнь ограниченного пространства.

Большие соревнования на гребных судах, ежегодно проводимые в Англии на Темзе. — Прим. ред .

Луи (д-р Леви) — еврей. Имущество евреев подлежало конфискации, и поэтому он купил дом на имя дочерей, национальность которых надеялся скрыть с помощью поддельных свидетельств о рождении. — Прим. автора .

Всего шесть месяцев спустя немецким диверсантам удалось вывести из строя радиостанцию «Рэгби». — Прим. автора .

Добрый вечер, сударь. Я Франциск Ассизский ( франц .).

Причины появления батальона выяснились позже. Накануне какой-то французский патриот средь бела дня взорвал одну из опор. Он не принадлежал к Сопротивлению, но понимал, что радиостанция — превосходный объект для диверсии. Достав взрывчатку через одного агента де Голля, он сговорился с тремя или четырьмя друзьями, и они отправились на велосипедах на Сену, будто бы рыбачить. Оказавшись в запретной зоне, они кое-как приладили взрывчатку к оттяжкам первой попавшейся опоры. Взрыв вызвал сильное повреждение опоры, но антенна не упала и повреждение быстро исправили. Результатом этого бесстрашного поступка было то, что на территории станции немедленно появился для охраны немецкий батальон. Один из группы французов вскоре предал остальных участников, их схватили и отправили в концентрационный лагерь, из которого они после войны каким-то чудом вернулись живыми. — Прим. автора .