Альберто Васкес-Фигероа - Туарег

Губернатор Хасан бен-Куфра вспомнил, как накануне отъезда в Эль-Акаб его наставлял министр внутренних дел.

«Не доверяй туарегам, – сказал тот. – Не гляди на их внешний вид, потому что, по моему мнению, среди всех живущих на нашем континенте они в наибольшей степени наделены аналитическим умом и редкой изворотливостью. Это особая раса. Если бы они задались такой целью, то подчинили бы нас себе – все равно, жителей побережья или жителей гор. Туарег способен понять, что представляет собой море, притом что он ни разу в жизни его не видел, или вникнуть в философскую проблему, в которой ни ты, ни я не поймем ничего. Их культура очень древняя, и, хотя как социальная группа они приходят в упадок, что связано с изменением окружающей действительности и утратой воинственности, каждый в отдельности остается по-своему незаурядной личностью. Держи с ними ухо востро!..»

– Туарег никогда не причинит вреда женщине, – сказал губернатор. – И я не думаю, что ты являешься исключением. Уважение к женщине для вас столь же священно, как и закон гостеприимства. Ты что же, нарушишь один закон, чтобы выполнить другой?

– Нет, конечно, – признался Гасель. – Но мне и не придется причинять ей вред. Если она поймет, что твоя жизнь зависит от того, скажет она мне или нет, где находится Абдуль эль-Кебир, то во всем признается.

Хасан бен-Куфра подумал о Тамат, об их тринадцатилетнем супружестве и двоих детях, и ощутил абсолютную уверенность в том, что туарег прав. Он не мог винить жену, зная, что сам поступил бы точно так же. В конце концов, выдать местонахождение Абдуля эль-Кебира – еще не значит выпустить его на свободу.

– Он в форте Герифиэс, – сказал он наконец.

Гасель почувствовал, что губернатор говорит ему правду, и прикинул в уме расстояние.

– Мне понадобится три дня, чтобы добраться, и еще день, чтобы раздобыть верблюдов и провизию… – задумчиво произнес он, и тут в его голосе послышались веселые ноты. – Это значит, что, когда мне устроят засаду в гвельте Сиди-эль-Мадья, я уже буду в Герифиэсе. – Он медленно, с наслаждением отхлебнул чаю. – Они прождут нас день, максимум два, прежде чем обо всем догадаются и пошлют предупреждение о том, чтобы меня встречали… Время есть! – уверенно сказал он. – Да. Думаю, что у меня есть время.

– А как ты поступишь со мной? – спросил губернатор с легкой дрожью в голосе.

– Я должен бы тебя убить, но я оставлю тебе воды и еды на десять дней. Если ты сказал правду, я кого-нибудь пришлю. Если ты солгал и Абдуля эль-Кебира там не окажется, ты умрешь от голода и жажды, потому что никому не по силам разорвать ремни из верблюжьей кожи.

– Откуда мне знать, что ты действительно пришлешь кого-то за мной?

– Знать ты этого не можешь, но я это сделаю… У тебя есть деньги?

Губернатор Хасан бен-Куфра показал подбородком на задний карман брюк, в котором лежал бумажник, и туарег его достал. Отделил банкноты наибольшего достоинства и аккуратно разорвал их посередине. Одну половину спрятал, а вторую сунул в бумажник, который положил рядом с костром.

– Я найду какого-нибудь кочевника, отдам ему эту половину банкнотов и объясню, где найти вторую половину… – Он улыбнулся под покрывалом. – За такую сумму любой бедуин готов провести верхом на верблюде целый месяц. Не волнуйся, – успокоил он его. – За тобой придут. А теперь снимай штаны.

– С какой стати? – вскинулся губернатор.

– Ты проведешь в этой пещере десять дней со связанными руками и ногами… Если ты обмочишься и обмараешься, то покроешься язвами. – Он сделал выразительный жест. – Лучше, если задница будет проветриваться…

Его превосходительство губернатор Хасан бен-Куфра, высший представитель власти, слово которого – закон, на территории большей, чем Франция, хотел было запротестовать но передумал, проглотил свою гордость и возмущение и начал с трудом расстегивать ремень на брюках.

Гасель помог ему их снять, затем как следует его связал, а под конец снял с него часы и перстень, украшенный крупным бриллиантом.

– Этим я расплачусь за верблюдов и провизию, – объяснил он. – Я беден, а мне пришлось убить верблюда. Это был замечательный мехари. Такого у меня больше никогда не будет.

Туарег собрал вещи, прислонил к стене гербу с водой и мешок сухофруктов и показал на них рукой.

– Расходуй экономно! – посоветовал он. – Особенно воду. И не пытайся освободиться. А то вспотеешь, и тебе захочется пить. Тогда, вероятно, воды не хватит. Старайся спать… Это самое лучшее: во сне не расходуется энергия…