Валерий Киселёв - Разведбат

Привезли этих задержанных на ЦБУ, а нам: «Вы взяли, вы и допрашиваете! Рапорт составите — нам привезёте». Связались с воинской частью в Моздоке, узнать — были у них такие контрактники или не было. — «Были такие, уехали к родственникам и пропали месяца два назад». Пропали, значит — боевики. Оформили их, как полагается, отвезли на ЦБУ и сдали вместе с документами.

Вечером батальонный врач Елена Ивановна Чиж пришла к нам в роту, проверить, как мы себя чувствуем после подрыва фугаса. Пощёлкала перед глазами пальцами. Слышал я тогда плохо, но реакция была нормальная.

Александр Куклев, начальник разведки дивизии, подполковник:

— При подрыве этой БМП не погиб ни один военнослужащий. Дело в том, что «ребристый лист» (так называют механики крышку силового отделения) не был закреплён болтами, просто лежал. В противном случае механик-водитель мог погибнуть.

Этих двоих пленных в камуфляжах мы никуда не отправляли, их приказано было расстрелять. Но я нашёл своего однокашника по академии полковника Чумаченко Александра, который в это время был начальником штаба группировки ВВ в ГРВ «Запад». Сообщил ему данные о задержанных, просил выяснить, есть ли такие. Через два дня после приказа расстрелять приехал Чумаченко на БТР с представителями части, где служили эти контрактники. Слава Богу, не взяли грех на душу.

Иван Кузнецов:

— А я допрашивал этих пленных и прямо их спрашивал: «Вы чеченцам друзья? — «Нет, кровные враги». — «Тогда посмотрим логически: если враги, как же вы прошли три кольца обороны, там покрутились и назад?». Предметно с ними поработал: «Ты для меня враг, темнить с тобой не буду: ты мне не нужен. Дети есть? Есть. Жить хочешь?», и убедился: под наших «косили». Как они прошли три кольца обороны «чехов» без оружия? Почему их боевики нигде не тронули?

В итоге эти ингуши написали мне показания по 2–3 листа с двух сторон. Потом меня вызывали с их бумагами в штаб группировки. Они показали по карте, где они были в Грозном, многое совпало, значит — правду сказали.

В середине ноября батальон встал лагерем неподалёку от республиканской психиатрической больницы в районе села Самашки.

Елена Чиж, начальник медслужбы батальона, капитан:

— Поехала туда с прапорщиком Алексеем Трофимовым. Главного врача нет, везде запустенье. Ходили по зданию, смотрели колодец, есть ли вода. В кабинете главного врача — хаос: открытый сейф, на столе паспорта навалом, истории болезней. Помню, как читала записи на перекидном календаре главного врача: «Сегодня снова бомбили». «Нет света». «Нет дров». «Надо больных сдать в колхоз, там дадут за них еды». «Продуктов осталось на сутки». «Молоко взять в колхозе». «Сегодня снова бомбежка». «Осталось (не помню сколько — Елена Чиж) больных».

Нашли сарай с медикаментами, взяла там хлорки для наших, и столько там оказалось аминазина! Выкопали яму, облили аминазин бензином и сожгли его — иначе дураки-пехотинцы бы забрали.

Открыли дверь какой-то палаты, за решёткой — больные, несколько человек, кого не разобрали местные жители. Помню, что была среди них одна молодая чеченка, русская женщина, старушки. Голодные глаза… Мы поняли, что они заперлись изнутри. — «Вы нас не бойтесь! — говорю, — мы привезём вам еды». Я приехала в батальон, доложила об увиденном командиру. Взяли бачки с кашей и поехали в психбольницу. — «Давайте ваши тарелки!» — кричу. Поняли, бегут с тарелками. Потрясающая была картина, как больные ели эту кашу… Ложек ни у кого нет. Какой-то безумный кот орёт, в миску к мужчине лезет, он его отгоняет, потом вместе едят. Так мы несколько дней кормили брошенных обитателей этой больницы. Мы больным раздали халаты, найденные на складе, а то они ходили в тряпье. Одна бабушка у них за это время умерла, старенькая, звали её Ивановна…

А потом из местной администрации приехали к ним дядьки большие на «Волгах», и спрашивали, как их обижали русские.

«С 14 по 20 ноября личный состав батальона вёл разведку лесного массива на окраине Самашки, а также в направлении Закан-Юрт, Гехи. В ходе ведения разведки мест базирования бандформирований не обнаружено. 21 ноября при проведении засады в районе перекрёсток дорог была обнаружена группа боевиков в количестве 5 человек. В ходе боя группа боевиков была уничтожена, у них были изъяты документы, образцы формы одежды, боеприпасы.