Валерий Киселёв - Разведбат

…19 ноября рядовой Валерий Андросов, механик-водитель разведроты, действовал в бронегруппе. В момент, когда разведгруппа лейтенанта К. Кузнецова попала в засаду и требовалось ей срочно помочь, не растерялся, в условиях сложной видимости на головной машине умело и точно вывел машину в район засады на разведгруппу, ориентируясь по вспышкам выстрелов, выбрал выгодную позицию, что позволило оператору-наводчику прикрыть огнём отход разведгруппы. Представлен к медали Жукова.

…19 ноября сержант Фёдор Лящук, зам. командира взвода разведроты, действовал в составе бронегруппы, прикрывая разведгруппу лейтенанта Кирилла Кузнецова. Когда группа попала в засаду, сержант Лящук правильно оценил обстановку и в условиях ограниченной видимости вывел бронегруппу в район боя разведгруппы. Тактически правильно рассредоточил машины на местности, что позволило наиболее эффективно использовать их боевые возможности, затем огнём из пушки БМП уничтожил гранатомётный расчёт боевиков. Представлен к медали Жукова.

…20 ноября 2-я разведрота действовала в районе Гехи. Разведдозор обнаружил засаду, но попал под шквальный огонь противника. Рядовой Эдуард Бурлуцкий, радиотелеграфист взвода связи, занял выгодную позицию и огнём стал подавлять огневые точки, чем дал возможность товарищам рассредоточиться и занять оборону. Боевики отошли с потерями. Лично уничтожил пулемётный расчёт. Представлен к медали «За отвагу».

…21 ноября две разведгруппы, одной из которых командовал лейтенант Юрий Дашкин, действовал в направлении на Гехи с целью разведка местности, обнаружения подразделений НВФ и захвата военной формы иностранного производства. В районе Гехи разведгруппа лейтенанта Дашкина обнаружила разведку противника из пяти человек, которые шли в Гехи. Около 12 часов 22 ноября умело действуя под прикрытием тумана, разведчики выяснили, в какой дом прошли боевики и уничтожили их у ворот дома. Затем вынесли тела убитых боевиков из Гехи и добыли форму США, документы и боеприпасы к СВД. Представлен к ордену Мужества.

Михаил Курочкин, гранатомётчик, рядовой:

— 15-го ноября наше отделение из пяти человек во главе с сержантом Хильченко послали на «бэхе» сопровождать машину группы спецназа из Закан-Юрта. Спецназовцы ходили по ночам в Урус-Мартан, чтобы «духи» там не спали, он ещё был нашими не занят. Вышли на центральную дорогу, смотрим — навстречу идёт машина. Махнули, чтобы остановилась — ноль внимания. Открыли огонь, машина встала. Подошли — в салоне двое убитых мужчин в штатском. Обыскали раненого в руку мужика — ого! — сразу три паспорта — российский и два каких-то иностранных. И удостоверение полковника Вооруженных Сил Республики Ичкерии. Наверное, он ехал из Грозного, город был ещё занят боевиками.

Приехали с этим полковником на базу спецназа, там ему рану перевязали и в яму посадили, чтобы подумал.

Возвращаться в батальон решили не напрямик, полем, а дорогой. До главной дороги оставалось метров двести, как — взрыв! В ушах звенит, в глазах темно. Первая мысль, по запаху: попали по нам из гранатомёта. Скатились с брони, и давай стрелять по сторонам. Осмотрелись — поняли, что наехали на фугас, и хорошо ещё, что правой стороной БМП, иначе механик-водитель бы точно погиб. Мы все сидели на левой стороне машины. Смотрим, оторвало гусянку, (гусеницу — авт.) каток улетел — так его и не нашли. И двигателю хана. Никто не ранен, только все контужены. Это нас броня спасла… За нами шёл спецназовский «КамАЗ». Если бы он шёл впереди нас — никого бы там не осталось в живых. Командир спецназа заорал: «Все, успокойтесь! Хватит стрелять, «духи» ушли!»…

Смотрим — никого нет по сторонам, только вдали белая машина. Стали вызывать помощь по рации. Мы, когда ехали, видели нашу роту, но позывной Хамитова не отвечает, другого взводного — не отвечает, третьего — тоже. Вызвали комбата, доложили, что подрыв «коробочки». — «Двухсотые, трехсотые есть?» — «Нет. Все живые». Комбат сказал, что поднимает роту Хамитова нам на помощь. А спецназ в это время все машины тормозит на дороге. Подошла БМП от Хамитова. «Бэху» нашу подбитую зацепили тросом. И видим — автобус идёт. Останавливаем. Там женщины ехали, и давай кричать на нас! Водитель мне говорит тихонько: «Там двое в конце салона — не наши». Заходим в автобус на задних сиденьях — двое на вид лет по 25, в камуфляже, без оружия. — «Документы!». Парни показали военные билеты, сказали, что служат в Моздоке во внутренних войсках, а ездили в Грозный к родственникам. — «Ничего себе — в Грозном-то боевики! Как проехали?».