Энди Макнаб - Браво_Два_Ноль

Но сначала мы должны определить какойнибудь ориентир, который поможет нам вернуться в БЛ, если мы заблудимся. Мы будем двигаться по азимуту строго на север до тех пор, пока не наткнемся на противоположную сторону дороги, где постараемся найти камень или какойнибудь другой выделяющийся на местности объект. Тогда, если мы собьемся с пути, то будем знать, что достаточно лишь двигаться вдоль насыпи, отыскать ориентир, после чего отходить строго на юг назад к пересохшему руслу.

От карты практически не было никакого толка, поскольку заметные ориентиры на местности отсутствовали. В большинстве других регионов есть возвышенности, которые можно использовать в качестве отправных точек, есть дороги и другие ориентиры, поэтому не заблудиться там достаточно легко. В джунглях ориентироваться также просто, поскольку там множество речек и ручьев, а еще можно использовать горизонтали. Но здесь, посреди голой пустыни, не было абсолютно ничего, поэтому все сводилось к определению азимута и подсчету шагов при поддержке «Магеллана».

Отыскав подходящий ориентир, довольно большой камень, мы повернули на запад, начиная описывать петлю против часовой стрелки. Через несколько минут мы обнаружили первый объект за эту ночь, и сразу же послышался лай собаки. Арабы спускают ночью собак с привязи; как только заходит солнце, сами они ложатся спать. Так что если собака залает, они поймут, что рядом посторонний. Через считаные секунды к первой собаке присоединились еще две.

Приглушенное рычание я услышал первым. Оно напомнило мне патрулирование сельской местности в Северной Ирландии. Услышав лай, нужно остановиться и оценить ситуацию. В девяти случаях из десяти все дело оказывается в том, что ты вторгся на территорию, которую собака считает своей. Так что, если просто отступить назад, сесть и подождать, она успокоится. Наша проблема заключалась в том, что нам требовалось обследовать объект надлежащим образом. Как знать, быть может, собаки охраняют пусковую позицию «СКАДа».

Мы сели и достали из ножен ножи. Ножи придется пустить в дело, если собаки приблизятся, чтобы изучить незваных пришельцев, и либо начнут лаять взахлеб, либо нападут на нас. В обоих случаях мы их убьем, а трупы заберем с собой. Тогда утром хозяева решат, что собаки просто убежали. Это покажется им странным, однако это был лучший выход из неприятной ситуации.

Мы слушали лай, ожидая увидеть огни: люди должны были выйти, чтобы узнать причину беспокойства собак. Однако ничего не происходило. Мы двинулись в сторону, обходя объект кругом, чтобы определить, нет ли другого способа проверить, что это такое. Зайдя с противоположной стороны, мы обнаружили, что это просто мирное поселение. Палатки, глинобитные дома, «Лендкрузер» и несколько других разномастных машин, но никаких указаний на то, что это както связано с армией. Мы определили точные координаты поселения с помощью «Магеллана», чтобы, возвратившись в БЛ, предупредить остальных, затем двинулись дальше на северозапад, используя складки местности. Нам хотелось как можно дольше избегать оазиса, который, как мы знали, находился к северу от нас.

Первым двигался я. Вдруг я увидел чтото впереди. Я остановился, всмотрелся, прислушался, затем медленно подошел ближе.

Рядом с двумя зенитными орудиями «С60» стояли четыре большие палатки и несколько машин, что говорило о подразделении численностью приблизительно со взвод. Все было тихо, и часовых, похоже, не было. Мы с Марком осторожно двинулись вперед. Затем снова остановились, всмотрелись, прислушались. Мы вовсе не собирались пробраться прямо в расположение зенитной батареи; нам просто хотелось приблизиться к ней, чтобы разузнать как можно больше. Ни рядом с орудиями, ни в машинах никто не спал. Весь взвод, повидимому, находился в палатках. Мы услышали кашель. Зенитная батарея не представляла для нас непосредственной угрозы, но меня беспокоило то, что зенитные орудия поставлены недаром. Если они здесь только для того чтобы защищать магистраль, это еще куда ни шло. Опасность для нас будет в том случае, если батарея входит в состав, например, бронетанковой группы. Марк определил координаты батареи с помощью «Магеллана», и мы повернули на север.

Пройдя еще четыре километра, ничего больше не встретив, мы пришли к заключению, что та дорога, которую мы пересекли раньше, и является магистралью. «Магеллан» показал положение нашего БЛ в одном километре к северу от того места, где, если верить карте, проходила магистраль, но причин для беспокойства в этом не было. На карте так прямо и написано, что положение дорог, трубопроводов и мостов указано лишь приблизительно.