Семен Кувшинов - У стен столицы

Старшина 1-й статьи Георгий Литвинов с изумительным хладнокровием управлял огнем. Снаряды были на исходе, поэтому он, прежде чем выстрелить, тщательно прицеливался и бил уже наверняка. Сказывалась флотская выучка: до фронта Литвинов был наводчиком на береговой батарее Тихоокеанского флота.

Командир орудийного расчета противотанковых пушек 64-й бригады Георгий Литвинов.

Наступили ранние зимние сумерки. Фашисты стали окружать избу плотным кольцом. Здравый смысл говорил: надо отходить. Важно, чтобы хоть кто-нибудь из артиллеристов добрался до своих: ведь за сутки удалось многое узнать о силах и системе обороны врага. Решили выходить по одному. Пушку пришлось оставить, а затвор от нее Литвинов закопал в подполье.

Политрук уходил последним. Когда он дополз до огорода, услышал неподалеку немецкую речь. Фашисты шли в его сторону. Притворился убитым. Прошли. Превозмогая боль и слабость от потери крови, Алексей Леонович выбрался за село и в лесочке встретил остальных моряков. Их было двадцать.

После ранения Алексея Леоновича отправили в Москву на лечение. Потом военные дороги участников боя за Белый Раст разошлись. Когда окончилась война, Дуклер демобилизовался. Сейчас он возглавляет отдел в одном московском научно-исследовательском институте. Георгий Литвинов успешно воевал, прошел путь от Москвы до Берлина. Стал командиром дивизиона.

Несколько лет назад уволился в запас и теперь работает на Украине.

Сейчас в Белом Расте возвышается пирамида из серого камня. Ее венчает красная звезда. У подножия пирамиды — матросская бескозырка.

Жители рассказали мне, что после освобождения села они извлекли из-под развалин дома пушку № 115, а когда отгремели бои, отправили ее в музей.

Высота эта не имеет широко известного названия. Только на военной карте у нее было имя: высота «220». Здесь зимой 1941 года в ожесточенных боях наших войск с немецко-фашистскими захватчиками совершил бессмертный подвиг командир бригады морской пехоты полковник Василий Андреевич Молев.

С Василием Андреевичем я познакомился на Дальнем Востоке задолго до войны. Я тогда командовал тральщиком. Однажды по заданию штаба флота мне пришлось отбуксировать баржу цемента для строителей. Начальником строительного участка и был майор Молев. С тех пор мы нередко встречались. Из рассказов я узнал многое о его жизни и службе. Василий Андреевич в годы гражданской войны служил в частях Первой Конной армии: командовал эскадроном, батальоном, был командиром и комиссаром полка, участвовал в боях, прошел с этой армией славный путь.

«И сейчас вот служу в армии, а строительные работы выполняю для флота, — любил он подчеркнуть. — Для моряков строю с особым удовольствием. Люблю их».

«Вот и переходили бы на флот», — предлагал я.

«Давно мечтаю».

Настало время, и мечта ветерана-буденновца сбылась.

Война застала полковника Василия Андреевича Молева в Москве, в центральном аппарате Военно-Морского Флота на должности начальника отдела кадров инженерного управления. Но уже осенью 1941 года его назначили командиром 84-й отдельной морской стрелковой бригады, которая формировалась на Волге.

Основной костяк части составляли моряки — тихоокеанцы и амурцы, бойцы отважные и дисциплинированные. Много воинов было призвано и из запаса. Их многому нужно было научить. Не жалея сил и труда, порой без сна и отдыха, Василий Андреевич создавал новую боевую часть. Молев никогда не засиживался в штабе. Комбрига можно было видеть метающим гранату вместе с бойцами, бегущим с ними по изрытому полю или ползущим с винтовкой по-пластунски. Он любил обучать людей по принципу: делай так, как делаю я.

Командир 84-й отдельной морской стрелковой бригады В. А. Молев.

Быстро пролетел срок формирования и подготовки. Шел ноябрь. Немецко-фашистские полчища рвались в глубь нашей страны, хотели окружить Москву. Войска оккупантов уже завязали бои на подступах к городу Михайлову Рязанской области, стремясь перерезать последнюю магистраль, связывающую столицу с югом. Чтобы преградить путь 5-му мотоциклетному полку противника, бригаду Молева срочно направили по железной дороге в район Ряжска.