Иосиф Гуммер - Это было в Калаче

Когда ребята появились на опушке, бой утих. Фашисты, видимо, отступили. Левая рука лейтенанта была обмотана бинтом. С виска по щеке и шее стекали струйки крови. Иван Васильевич то и дело стирал ее рукавом гимнастерки.

— Ага, есть еще порох в пороховницах! — хрипло проговорил лейтенант, увидев патроны. — И все-таки надо отходить. А вы, хлопцы, давайте-ка шпарьте по домам.

— А можно с вами?

— Нельзя, — отказал командир. — Мы прорываться будем. С боями, понял? Случится вот с тобой, тезка, что-нибудь — что мать скажет? Тикайте, не задерживайтесь.

Он отдал приказ двигаться в сторону Ильевки и уже иначе — тепло, задушевно — произнес:

— Мы уходим ненадолго, скоро вернемся. Счастливо!

Ребята следили, как бойцы перебегали от куста к кусту и один за другим скрывались в лесной чаще. Вот где-то в зелени мелькнул белый бинт, и до Ивана и Михаила донесся голос лейтенанта:

— До скорой встречи, ребята!

— Куда они теперь? — спросил Михаил Шестеренко.

— Не знаю. Скорее всего к Волге, — рассеянно ответил Цыганков и тут же спохватился. Повеяло чем-то далеким и в то же время очень родным, близким. Валя! Где она теперь, что с ней?

Иван бросился вслед за бойцами.

— Иван Васильевич! Иван Васильевич! Товарищ лейтенант! Подождите!

Он догнал лейтенанта и, с трудом переводя, дыхание, спросил:

— Вы куда?

— Ты чего?! — рассердился лейтенант. — Нельзя с нами, сказано тебе. Беги назад.

— Вы в Сталинграде будете? — не слушая его, твердил Иван.

— Может, да, а может, нет. Откуда мне знать? Степь — широкая, дорог и тропок много…

— А вдруг будете? — не отставал Цыганков.

— Да что с тобой, парень? — удивился лейтенант. — Возможно, будем.

— Там у меня девушка знакомая… Валя, — торопливо объяснил Цыганков. — Я вам скажу адрес, на всякий случай, конечно. Ну и передайте ей, что я здесь…

— Пиши, записку, передам.

Иван схватил листок бумаги, карандаш, протянутые: лейтенантом, и быстро нацарапал:

«Валя! Я жив, в Калаче. Все равно приеду к вам. Если уедешь, оставь соседям свой адрес. Я тогда тебя найду. Ваня».

— Вот, — протянул он записку.

Лейтенант опустил листок в боковой карман, потом вдруг притянул к себе Ивана, обнял его.

— Ну, беги назад. И береги себя, не лезь на рожон. Авось когда-нибудь увидимся.

Ребята так никогда и не узнали, как бригада Ильинова с боями пробивалась к Волге, как она прорвала кольцо врага и влилась в ряды защитников города-героя.

А произошло это так.

Всю ночь бригада двигалась быстрым маршем. Мариновку обошли стороной, зная, что там наверняка сосредоточены крупные силы гитлеровцев, с которыми в бой лучше не ввязываться.

Начало дня застало мотострелков уже за Мариновкой. Комбриг приказал не терять времени и продолжать движение. Шли по бездорожью, степью.

В воздухе появился фашистский разведчик — «рама». Увидев странную, не успевшую рассредоточиться колонну, разведчик повернул назад и несколько минут кружил над бригадой.

— Ну, сейчас приведет за собой «юнкерсов», — говорили бойцы.

И в самом деле: не успели пройти еще несколько километров по направлению к Карповке, как появились бомбардировщики. Они выстроились в цепочку и с ревом ринулись в пике. Земля содрогнулась от грохота бомб, степь заволокло дымом и пылью.

К счастью, на этот раз успели рассредоточиться, и бригада понесла незначительный урон.

Когда снова двинулись в путь, увидели в степи бегущего навстречу человека. Его задержали и доставили к комбригу. Это был советский капитан.

— Товарищ полковник, — доложил он, — группа 60-го укрепленного района в количестве ста бойцов при двух семидесятишестимиллиметровых орудиях находится в окружении и готова присоединиться к вам.

Пока Ильинов просматривал документы капитана, тот радостно рассказывал другим командирам:

— А мы видим — летят. Ну, думаем, дадут нам жизни сейчас! Ан нет, не долетели и еще кого-то бомбят. Оказывается, вас.

Из дальнейших расспросов выяснилось, что в окружение попала не только группа укрепленного района. В паре километров от нее укрылись в балке курсанты военного училища, рядом с ними — бойцы бригады морской пехоты, еще несколько подразделений помельче. Под командованием Ильинова, как старшего среди других по званию, собрались, таким образом, довольно внушительные силы, и это вселяло надежду на успех прорыва.