— Газиев извинился перед тобой потом. Ты знаешь его характер, ему это нелегко…
Шухов загасил сигарету. Выпрямился. Казенным голосом спросил:
— Разрешите идти, товарищ старший политрук?
Шухов спокойно смотрел мне прямо в глаза. Я понял — разговор окончен.
— Идите…
Прямая фигура Шухова скрылась в люке. Да, нелегко будет мне подобрать ключи к опаленной душе моего старого друга…
23
Запись в вахтенном журнале подводной лодки «С-716»
17 января. 15.14. Вахтенным сигнальщиком на весте замечены дымы на горизонте. Слышен гул артиллерийской стрельбы.
15.20. Лодка легла на курс 90°. Боевая тревога.
15.39. Погрузились на перископную глубину.
15.57. В пятнадцати кабельтовых по курсу ведет бой германский рейдер — легкий крейсер типа «Нюрнберг» с неопознанным транспортным судном.
16.22. Залпом носовых аппаратов торпедирован рейдер. Крейсер затонул после взрыва двух торпед в районе мостика.
24
Из приказа командира отряда подводных лодок капитана первого ранга Томашевского
§ 1. За умелые и смелые действия во время атаки и потопления немецко-фашистского рейдера экипажу подводной лодки «С-716» объявить благодарность. Приказ зачитать перед строем личного состава корабля.
§ 2. За грубое нарушение походной инструкции, выразившееся во вступлении в бой с немецко-фашистским рейдером, что могло привести к демаскировке следования отряда, командиру подводной лодки «С-716» капитан-лейтенанту Газиеву Ф. М. и замполиту старшему политруку Самарину С. М. объявить строгий выговор.
Содержание данного пункта приказа сообщить всем командирам кораблей для сведения командного состава отряда.
25
Дневник Сергея Самарина
17 января. …Мы обедали в кают-компании, когда вахтенный вызвал командира на мостик.
Мы с Газиевым поднялись на верхнюю палубу. Вахтенный протянул командиру бинокль, но уже и невооруженным глазом был виден на северо-западе стелющийся по горизонту дым корабельных труб. Ветер доносил звуки отдаленной артиллерийской стрельбы.
Мы имели предписание не вступать в бой с противником без крайней необходимости. Под «крайней необходимостью» подразумевалось лишь прямое нападение на подлодку. Но уйти, не выяснив, что происходит в нескольких милях от нас, было тоже невозможно.
Газиев объявил боевую тревогу, приказал приготовиться к погружению и взять курс на дымы.
Примерно через четверть часа в бинокль можно было разглядеть силуэты двух кораблей. На северо-западе шел морской бой. Судя по калибру рвущихся снарядов, один из кораблей был легким крейсером.
Газиев не отрывался от бинокля. Второй раз он видел перед собой врага.
Я тронул Газиева за рукав реглана.
— Знаю! — обернулся он. — Все знаю. Все инструкции наизусть помню! Вахтенный, ложитесь на прежний курс!
И, тяжело ступая, пошел с мостика. В этот момент в люке показался радист.
— В чем дело? — нахмурился Газиев.
— Принял радио. Просят помощи по-английски, открытым текстом.
— Что за корабль?
— Точно не разберу… Слышимость плохая… Только худо там у них сейчас… Совсем труба, товарищ командир!
Газиев задумался. Повернулся к вахтенному:
— Отставить поворот. Погружение на перископную глубину…
В боевой рубке Газиев нетерпеливо припал к перископу, не ожидая, пока лодка погрузится на должную глубину. Он старался ни на секунду не выпустить из поля зрения картину боя.
Все находившиеся в боевой рубке напряженно следили за выражением лица командира — он один сейчас видел то, что происходит наверху.
Постепенно стала ясной разыгрывающаяся на поверхности моря трагедия. Немецкий рейдер преследовал транспорт, пытавшийся уйти под прикрытием дымовой завесы. Ответного огня не было. Преследуемый корабль пытался лишь, маневрируя, уклониться от снарядов крейсера.
Мы подошли так близко к месту боя, что уже не только акустики, но и все в лодке ощущали разрывы снарядов в толще воды. По редким репликам Газиева мы понимали, что транспорт упорно увертывается от обстрела.
Вдруг лицо командира перечеркнула судорога. Он застыл у перископа. Произнес сквозь зубы:
— Взгляни, комиссар!
Газиев чуть подвинулся, давая мне место у окуляров.
В перископ был отчетливо виден накренившийся транспорт. На мачте развевался восьмилучевой флаг английского флота. Серый борт корабля высоко поднялся над водой, и на нем четко вырисовывались огромные кресты…
Читать дальше