Георги Лозев - Я, Легионер

Только память о родных печалила меня, потому что я не имел возможности поговорить с ними, но преодолеть тоску по родине также было частью обучения. Я хотел получить Белое кепи и только это имело значение в тот момент. Таким образом, погруженный в свои мысли, я прошел первые семь километров второго дня. Сержант остановился и обратился к нам:

— Как и вчера, мы и сегодня опять пришли первыми. Здесь мы встретимся со второй группой, я получил приказ старшего сержанта. Так что начинайте обедать!

Я ожидал увидеться снова с моим другом одиноким Фудзисавой. В то время как с Янчаком разогревали консервы, пришел сержант Вэбе и за ним колонна добровольцев. Я заметил, что Фудзисава слегка прихрамывает и после того как Вэбе оставил их в покое, я подошел к японцу и поздоровался с ним.

— Что случилось с твоей ногой? — спросил я его.

— У меня нет проблем, я могу пойти.

— Да, я знаю, камикадзе, ты всегда можешь это сделать, но было бы неплохо, чтобы тебя осмотрел фельдшер!

— Да, фельдшер — Фудзисава говорил, но я не был уверен, что он понял.

— Ладно, вызови своего напарника и приходите кушать! — пригласил я его.

— Oui, Oui, есть вместе, — сказал он и пошел за мной. Напарник также пошел за нами, мы должны быть всегда вместе.

Пока мы кушали, румын сказал мне, что в начале похода Фудзисава очень плохо вывихнул ногу и, вероятно, растянул сухожилие или мениск, так как у него болело и распухло колено. Капрал Пайетт предложил Фудзисаве прекратить поход и отвести японца в лазарет Четвертого полка, но тот наотрез отказал. Он пришел сюда стать легионером и боль в колене не остановит его. Пока обедали, прибыла и третья группа с сержантом Разой во главе. Командир Халиль собрал всех и поздравил нас за хороший темп, которым прошли половину расстояния.

— Через час отправляется первая группа. Вторая на полчаса позже, а третья — час после первой. Завтра в полдень мы соберем снова три группы, и рота пройдет последние пять километров в полном составе. Первая группа, под моим командованием, вперед!

Командир взвода шел определенно медленнее, чем Сорабелла и у нас была передышка. На следующий день, как обычно, мы были первыми на месте встречи, но на этот раз третья группа прибыла до второй. Сержант Вэбе запаздывал. Старший сержант связался с ним по рации, и ответ был, что они в двух километрах, но идут медленно, из-за колена моего друга Фудзисавы. Командир немедленно вызвал свой джип, модели P4. Французский военный джип называется P4, потому что двигатель был изготовлен «Пежо», а кузов и шасси были «Mercedes».

В двух километрах от нас с последними силами шел японец. Почему он жертвовал собой, никто не мог понять. Это была его битва чести. Не понял ли он предложение капрала отвести его в клинику, или в самом деле он был камикадзе, я не знаю, но таким был мой товарищ Фудзисава.

Нагруженный ранцем, выглядящий больше чем он, японец появился на вершине холма, который был виден вдали. Наверное, спускаясь, ему было больнее, чем обычно, но как будто он был не на этом свете. Я его видел, когда он к нам придвигался, но взгляд его говорил, что погружен в каких-то своих раздумьях. Командир взвода приехал на джипе.

— Буун, посмотри, у кого проблемы с ногами и пусть они сядут в джип, не хочу вступить в городок с хромой ротой. Конечно, найдите место японцу, потому что ему в самом деле плохо. Для действительно больных поход окончен, им придется только выстоять церемонию.

Из желающих сесть в джип ефрейтор-фельдшер выбрал только двух. Так что место для Фудзисавы было. Группа Вебе прибыла и командир Халиль вызвал Фудзисаву в машину, но японец покачал головой и сжимая зубы, только промолвил:

— Я хорош, я хочет выиграть Белое кепи!

— У тебя уже есть Белое кепи! — уверил его старший сержант.

— Я иди — очевидно, не понимая, упорствовал японец.

— Марш окончен! — разозлился командир. — Садись в джип! Это приказ!

— Окончен — изрек Фуджизава, и, произнося это свалился на больную ногу.

Сцена доказала, что мозг управляет нами. Японец развалился в ту же минуту, когда узнал, что поход окончен. Фудзисава был похож на героя романа «Длинный путь» Стивена Кинга.

Буун нагнулся, чтоб осмотреть колено японца и заявил, что лучше всего отвести Фудзисаву в лазарет в Кастели, но у начальника уже было готовое решение:

— Я дал ему свое слово, у него будет Белое кепи. Я также знаю, он выстоит церемонию. Сразу после того ты отвезешь его в госпиталь. Японец показал примера сильного духа и заслуживает быть членом нашего братства. А мы, те, которые остались, ускорим темп, потому-то уже опоздали на церемонию, где нас ожидает полковник Бюфто.