- Ты это... смотри только, чтобы он тут не разросся совсем! - шикнул хозяин, а потом вздохнул:
- Таня-то моя его любила шибко, пока жива была. Ухаживала. И я тоже стараюсь, хоть грабки-то у меня корявые, не женские, - и Захар Васильевич показал шерстистому созданию свои заскорузлые, разбитые работой ладони, с которых мозоли не сошли даже после пенсии.
Бело-розовый пискнул что-то радостное, и спрыгнул с подоконника, хлопнувшись четырьмя толстыми лапами. А потом - вот только Просветов моргнул - и зверушка исчезла. Была - и нету, как сдуло.
- Вот такая вот загогулина, - растерянно сказал старый токарь.
На душе было легко, весело и чисто, прямо как после короткого, но бурного дождя летом, который смывает всякое дрянное и оставляет после себя яркое небо.
Просветов еще немного поразмыслил, стянул с поясницы пуховый платок козьей шерсти, которым подвязывался от прострела, и зашаркал к двери. Выйдя на лестничную клетку, он поднялся этажом выше и позвонил в дверь, обшитую деревянными планками, со щегольски начищенной медяшкой, на которой был вычеканен номер квартиры - 37.
- Тимофеевна, вот ты мне скажи - спятил я, ли чо ли? - с таким вопросом, пожав плечами, он шагнул в прихожую к соседке.
Дарья Тимофеевна Стахеева, бывший директор библиотеки поселка Красный Перегон, ответила не сразу. Сначала она опустила со лба на переносицу очки в тонкой металлической оправе, а потом придирчиво изучила лицо Просветова.
- Да что ты меня изучаешь, как в музее? - буркнул он.
- Сам же спросил - спятил или нет? Да вроде нет, все тот же, хоть и ума шибко тоже не прибавилось, - отозвалась Дарья Тимофеевна. - заходи уже, не стой столбом.
- Тут такое дело...
* * *
- Значит, говоришь, сначала чай у тебя выдула эта животина, а потом еще и фикус вытянула?
- Сам бы не поверил, если бы кто рассказал, Тимофеевна! Так ведь плохим зрением не страдаю, это ты у нас окуляры носишь... Да и белой горячки вроде тоже нету. И даже таблетки не пью, только чайком пробавляюсь.
- Повезло тебе, Захар, - вздохнула Дарья Тимофеевна и подперла щеку кулаком, продолжая помешивать ложечкой в стакане. - Это ведь грациозник к тебе пришел. Теперь поселится, только не спугни смотри.
- Граци... чего? - не понял Просветов. - Это кто еще такой-то?
- Грациозник. Они редко кому дают себя увидеть.
- Что за звери такие? Даже не читал про них.
- Еще бы! - рассмеялась Стахеева. - О них в научных книжках не пишут, а ты, поди, такие только и читаешь.
Захар Васильевич смутился. И правда, фантастику всякую он не уважал, потому что - чего зря придумывать? В жизни, вон, чудес хватает, одно только что чай выпило до дна, а потом исчезло.
- Да ладно, тебе лишь бы позубоскалить! - рассердился он.
- Смех продлевает жизнь, - наставительно заметила бывшая библиотекарша. - Не сердись, Васильич.
Оказалось, что грациозники - звери очень скрытные и таинственные. И живут только там, где всегда порядок, а еще у хозяев хорошее настроение, никто ни с кем не ссорится и не ругается. Если кто-то плачет от горя или обиды, грациозник болеет и даже может умереть, такой нежный зверь.
- А с кем мне ругаться-то? - вздохнул Просветов. - Я и раньше-то со своей никогда не ругался. Так только, иногда цыкнем друг на друга. А сейчас - что мне, на Мурзика кулаком стучать? И плакать не с чего, отплакал я свое. Теперь каждый день радуюсь всякой мелочи.
- Вот поэтому грациозник к тебе и пришел. Они чуть что - и сразу исчезают, если что не по ним. А еще кошек любят.
- Да это я уже понял, - покивал головой Захар Васильевич, - и котейки, похоже, от них тоже балдеют.
- Чуют потому что.
- И что, от них польза-то есть?
Дарья Тимофеевна снова подняла очки на лоб и внимательно посмотрела в глаза Просветову.
- Васильич, - проникновенно сказала она, - я иногда думаю: ты правда дурачок, или прикидываешься?
Старый токарь хотел было снова рассердиться, но понял, что проще признать себя дураком.
- Да чего уж там, - сокрушенно махнул он рукой. - Дурак, как в картах, только «погонов» на плечи не хватает. Знаешь, Тимофеевна, у меня ведь даже прострел прошел, когда я на этого... грациозника просто посмотрел.
- И неудивительно. Пока он у тебя живет, болеть вообще не будешь.
- Ну? Эх, вот бы мне такого зверя по молодости, чтобы с утра похмелья не было... - лукаво рассмеялся Просветов в ответ на возмущенный взгляд Дарьи Тимофеевны. - Да ладно, Даш, ну шучу я. Сам понимаю - зверушка нежная, всякого грубого не терпит.
- Ты ей имбирное печенье покупай, - авторитетно посоветовала Стахеева, - вот такое, как у меня. Тогда вообще не оттащишь.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу