Брет Эллис - Гламорама

— Да ладно тебе, кончай притворяться невидимым, — театрально восклицает он. У него очень сильный акцент.

— Слушай, так это, значит, ты Сэм Хо? — спрашиваю я. — Ну, типа, модель?

— Ты хорошенький, но мозги у тебя явно давно спеклись, — говорит он, не глядя на меня.

— С ума сойти, — говорю я, ничуть не смутившись. — Правда, знатное местечко?

— Я бы здесь вообще навсегда прописался, — отвечает с зевком Сэм. — А сегодня ведь даже не ночь рейва.

— Это полностью меняет представление о том, что такое прикольный вечер на выезде, а?

— Перестань делать вид, что ты меня не замечаешь, зайка, — кричит Сэм вновь бармену, который опять проносится мимо, держа в руках три бутылки «Absolut Citron».

— Итак, что за дела? — спрашиваю я. — Когда ожидается фетиш-вечеринка?

— В Стране Клубов каждая вечеринка — фетиш-вечеринка, дорогуша, — зевает Сэм, а затем, глядя в сторону, спрашивает: — Меня кто-то ищет? — Он рассматривает мое запястье. — Очень красивые вены у тебя.

— Спасибо, уж какие есть, — говорю я. — Слушай, если ты действительно Сэм Хо, то у меня есть для тебя письмецо кое от кого.

— Вот как? — Сэм оживляется. — Так ты у нас мальчик-посыльный?

— Грязные делишки дешевле, чем грязь. [113] Строчка из песни AC/DC «DirtyDeeds».

— М-м-м, ты еще и AC/DC цитировать можешь, — елейным тоном добавляет Сэм. — И от кого же письмецо?

— От Бобби Хьюза, — сухо сообщаю я.

Моментально Сэм приближается ко мне так, что наши носы почти соприкасаются. Я пячусь назад, так что чуть не падаю.

— Осторожней, — предупреждаю я.

— Что? — спрашивает Сэм, вцепившись в меня. — Где? Где он? Он здесь?

— Послушай, ты мне сейчас рубашку порвешь! — восклицаю я, отцепляя его пальцы от моего воротника и слегка отталкивая его. — Нет, я здесь за него.

— Ах, тогда извини, — говорит Сэм, слегка отступая назад. — Не знаю, как тебя зовут, ты очень, очень хорошенький, но ты все же не Бобби Хьюз. — Следует пауза, а затем Сэм внезапно падает духом и отчаивается: — Слушай, ты, случайно, не его парочка теперь?

— Эй, Сэм, выбирай слова, — отрезаю я. — У меня на этот счет не все в порядке с репутацией, но в данном случае — нет.

— Где же он тогда? — вопрошает Сэм. — Где Бобби?

— Вот, — говорю я, вручая ему конверт. — Меня послали передать тебе это и…

Но Сэм меня даже не слушает. Он хватает конверт, жадно открывает его, извлекает оттуда ключи, прищуривает глаза, читая записку, а затем начинает неудержимо трястись, словно от холода, обхватив себя руками, и уголки его рта расплываются в блаженной улыбке, отчего у него становится не столь педерастический вид, и лицо его перестает дергаться и становится очень спокойным. За какую-то долю секунды он взрослеет на несколько лет.

— О-Боже-мой! — по слогам произносит он, прижимая записку к самому сердцу. — О-Боже-мой, он немногословен.

— Ты ведешь себя словно его поклонник, — замечаю я.

— Можно, я угощу тебя выпивкой? — спрашивает Сэм. — Давай я сам догадаюсь, чего ты хочешь. Какое-нибудь навороченное пиво с долькой лайма?

— Меня зовут Виктор, — сообщаю я. — Виктор Вард.

— Виктор, ты знаешь, что ты — прекрасная иллюстрация к моим подростковым грезам о парне, с которым я бы хотел переспать, если бы у меня только хватило смелости к нему подойти?

Пытаясь успокоиться, Сэм закуривает «Мальборо», а затем театрально выпускает дым изо рта.

— Мне даже трудно в это поверить, Сэм, — вздыхаю я в ответ. — Так что я тебя умоляю!

— Ты живешь у Бобби? — спрашивает он подозрительно.

— Конечно, — пожимаю я плечами. — Но он просто мой друг.

— Нет, он — бог, это ты — его друг, — поправляет Сэм. — Так это в доме на Шарлотт-роуд?

— Нет, почему, мы живем в, э-э-э, Хемпстеде.

— Хемпстеде? — Сэм снова смотрит на записку. — Но тут сказано про Шарлотт-роуд.

— Я всегда живу в гостиницах, — объясняю я, — поэтому я совершенно не ориентируюсь. — Я делаю паузу, гашу сигарету. — В любом случае, все это — только декорации.

— Ладно, — бросает Сэм. — Скажи, ты на машине? Только не смей отвечать мне «нет», потому что я терпеть не могу ловить такси.

— Вообще-то, — говорю я, — нас ждет снаружи машина с водителем.

— Это просто блеск, — говорит Сэм. — Только сначала нам нужно ускользнуть кое от кого.

— От кого? — спрашиваю я, обводя взглядом VIP-комнату.

— Вот от тех парней, — говорит Сэм, кивая головой. — Не смотри на них, не смотри. Они вон под той золотой аркой — вон там. Они постоянно играют со мной в какие-то странные игры.