— Вы знаете, господин Гитрель, что поговаривают также и о господине Лантене. Ему покровительствует генеральша Картье де Шальмо. А генерал Картье де Шальмо,— хотя и клерикал и реакционер,— пользуется в Париже большим уважением. Его считают одним из самых способных и умных дивизионных генералов. Даже самые убеждения его в настоящее время ему не во вред, а на пользу. При существующем концентрационном кабинете {75} 75 Концентрационный кабинет — кабинет министров, составленный якобы на основе политики примирения между всеми парламентскими фракциями республиканского большинства.
реакционеры добиваются всего, чего хотят. В них нуждаются: от них зависит, какая чаша весов перетянет. Притом союз с Россией и дружба с царем способствовали тому, что аристократия и армия снова входят в силу. Мы прививаем республике известную тонкость ума и манер. Кроме того замечается общее стремление к прочно установившейся власти. Однако я не думаю, что у господина Лантеня большие шансы. Прежде всего, я дал о нем самый нелестный отзыв. Я представил его в высших сферах воинствующим монархистом. Я отметил его нетерпимость, его дурной характер. А вас, дорогой господин Гитрель, я изобразил в самом приятном свете. Я отметил вашу умеренность, гибкость, ваше благоразумие, ваше уважение к республиканским учреждениям.
— Я очень благодарен за вашу доброту, господин префект. А что вам ответили?
— Вам хочется знать? Ну, так вот что мне ответили: «Знаем мы их, ваших кандидатов вроде господина Гитреля. Стоит им получить назначение, и они окажутся хуже всех. Они особенно рьяно выступают против нас. Это и понятно. Им нужно загладить вину перед своей партией».
— Неужели, господин префект, так говорят в высших сферах?
— Ну, конечно. И мой собеседник сказал еще: «Я против тех кандидатов в епископы, которые слишком любят наши учреждения. Будь моя воля, выбирали бы не их. Очень хорошо, что в гражданском и политическом мире предпочитают чиновников наиболее приверженных и преданных режиму. Но священников, преданных республике, нет. А раз так,— предусмотрительнее брать наиболее честных».
И префект, бросив прямо на пол изжеванный окурок сигары, сказал в заключение:
— Как видите, дорогой Гитрель, ваши дела плохи.
Господин Гитрель пробормотал:
— Я не вижу, господин префект, я не понимаю, почему эти слова могли произвести на вас впечатление… неудачи. Я черпаю в них, напротив… надежду.
Префект закурил новую сигару и сказал смеясь:
— Кто знает, может быть, в министерстве и правы? Но будьте покойны, дорогой аббат, я вас не оставлю. Посмотрим, кто за нас?
Он вытянул левую руку, чтобы сосчитать по пальцам.
И они вдвоем стали прикидывать.
Насчитали одного сенатора из их департамента, который начинал выпутываться из затруднений, созданных последними скандалами, одного генерала в отставке, политика, публициста и финансиста, экбатанского епископа, довольно известного в художественном мире, и Теофиля Майера, друга министров.
— Но, дорогой Гитрель, за вас один сброд,— воскликнул префект.
Аббат Гитрель переносил подобные выходки, но не любил их. Он посмотрел на префекта с огорченным видом и крепко сжал свои тонкие губы. Г-н Вормс-Клавлен, по натуре человек не злой, пожалел о вырвавшихся у него словах и попробовал утешить аббата:
— Ну, ну! Не такие уж это плохие ходатаи. Да и жена моя за вас. А Ноэми хоть кого сделает епископом.
В пределы апостольские ( лат. ).
Во-первых ( лат. ).
Во-вторых ( лат. ).
О, когда ты кончишься и когда прекратишься, всеобщая мирская суета? ( лат ).
И слово стало плотью ( лат. ).
«Строматы» — «Ковры» ( греч. ).
«Пока терзали сосцы блаженной Агаты, она сказала степенно судье: «Нечестивый, жестокий и безжалостный элодей, не стыдно ли тебе отрезать у женщины то, что сосал ты у матери своей? Я же обладаю сосцами духовными, нетронутыми, кои и посвятила господу моему».
Недостоин я, господи… ( лат. ).
«Сад» ( лат. ).
«Сокровище» ( лат. ).
Вооруженной силой ( лат. ).
Приношение по обету ( лат. ).
Для содержания пищи ( лат. ).
Пий IX — папа римский с 1846 по 1878 г., ярый сторонник привилегий церкви, принципов абсолютизма и феодализма.
Читать дальше