— А брось ты! — удивлялся Франтишек. — Ну, скажи хотя бы «кран».
— Кран, — сказала ворона.
— Тогда скажи «град», — потребовал Франтишек.
— Град, — повторила ворона. — Ну, теперь видишь, что я умею говорить? Мы, белые вороны, это тебе не кто-нибудь. Обыкновенная ворона умеет считать только до пяти, а белая ворона... до семи! Смотри сам: раз, два, три, четыре, пять. шесть, семь! А ты до скольких умеешь считать?
— Ну, хотя бы и до десяти, — сказал Франтишек.
— Да брось ты! Покажи.
— Ну, хоть так: девять ремёсел, десятая — нужда!
— Батюшки, — закричала белая ворона, — ты, видно, птица не простая! Мы, белые вороны, тоже не простые птицы. Видал, наверно, в церквах нарисованы такие большие птицы с белыми гусиными крыльями и человеческими клювами?
— А-а, — сказал Франтишек, — это ты про ангелов?
— Да, — сказала ворона. — Понимаешь, это, по сути дела, белые вороны, только мало кто их видел; нас, милый мой, очень мало.
— Сказать тебе по правде, — отвечал Франтишек, — я ведь тоже белая ворона
— Ну, — протянула белая ворона недоверчиво, — не очень-то ты белый! А откуда ты знаешь, что ты белая ворона?
— Вчера мне это сказал пан советник Шульц из суда, и один незнакомый пан, и пан стражник Боура.
— Скажи пожалуйста! — удивилась белая ворона. — А как тебя звать?
— Звать меня просто Франтишек Король, — ответил бродяга застенчиво.
— Король? Ты — король? — воскликнула ворона. — Хватит врать! Таких оборванных королей не бывает.
— Хочешь — верь, хочешь — нет, — сказал бродяга, — а я правда Король.
— А в какой земле ты король? — спросила ворона.
— Да повсюду. Тут я Король, и в Скалице Король, да и в Трутнове тоже.
— А в аглицкой земле?
— И в аглицкой тоже был бы Королём.
— А вот уж во Франции не будешь!
— И во Франции тоже. Всюду я буду Король Франтишек.
— Так не может быть, — не верила ворона. — Скажи: «Лопни мои глаза».
— Лопни мои глаза, — поклялся Франтишек.
— Скажи: «Провалиться мне на этом месте», — потребовала белая ворона.
— Да провалиться мне на этом месте, если вру! — сказал Франтишек. — Пусть у меня язык отсохнет...
— Ну, хватит, верю, — перебила его белая ворона. — А у белых ворон тоже можешь быть королём?
— И у белых ворон, — заверил её Франтишек, — был бы Франтишеком Королём.
— Погоди-ка, — проговорила ворона, — как раз сегодня у нас на Кракорке слёт, где мы будем выбирать короля всех ворон. Вороньим королём всегда бывает белая ворона. А раз ты белая ворона, да ещё и везде король, то, может, мы тебя и выберем. Знаешь что, ты тут подожди до обеда, а я в обед прилечу рассказать, как прошли выборы.
— Ну что ж, подожду, — согласился Франтишек Король.
Белая ворона расправила белые крылья, и — фрр! — только её и видели. Она полетела на Кракорку.
Стал тут Франтишек ждать и греться на солнышке.
Как вы знаете, ребята, выборы — дело болтливое; вот и белые вороны на Кракорке долго-долго спорили, судили и рядили и всё не могли договориться, пока наконец на Сыхровской фабрике не прогудел гудок на обед. Только тут вороны стали выбирать короля и в конце концов единодушно выбрали королём всех ворон Короля Франтишека.
Но Франтишеку Королю невмоготу было ждать, а того пуще — терпеть голод. В обед он поднялся и отправился в Гроново, к моему дедушке-мельнику, за краюшкой ароматного, свежего хлеба.
И, когда белая ворона прилетела сообщить ему, что он избран королём, он был уже далеко, за горами и долами.
Загоревали вороны, что у них пропал король, и белые вороны повелели серым облететь хоть весь свет, но во что бы то ни стало отыскать его, привести и посадить на вороний трон, что стоит в лесу на Кракорке.
С той поры летают вороны по свету и всё время кричат: «Карроль! Карроль! Карр! Карр!»
А особенно зимой, когда они соберутся большой стаей, бывает, что вдруг все сразу вспомнят про короля, снимутся с места и полетят над полями и лесами, крича: «Карроль! Карроль! Карр! Карр!»
Хиже — Весной и летом 1917 г. К. Чапек был домашним воспитателем у графа Лажанского в замке Хише в западной Чехии, название которого он здесь несколько изменил.
…к моему дедушке в Жернове… — Дед К. Чапека по отцовской линии Иозеф Антонин Чапек (1824–1907) был крестьянином в село Жернов близ города Ческа Скалице.
…к старому пану Проузе… — Проуза — владелец бакалейной лавочки в Упице, на той же улице, где стоял дом родителей К. Чапека.
Читать дальше