Мао Дунь - Избранное

— Пусть умру я не своей смертью, если обманываю тебя! Поверь, эта женщина — его жена. Она видела все собственными глазами.

— И она ничего не знает? — Я чувствовала, что лицо мое по-прежнему бледно от волнения.

— Нет. Ничего. Она хотела идти с мужем, но ей сказали: «Не торопись, придет и твоя очередь!» Она все же пошла за ними. На перекрестке стояли еще четверо с пистолетами. Они позвали рикшу. Один грубо выругался и пригрозил жене Чжана пистолетом. Она побежала обратно, но успела заметить, что коляска свернула в одну из улиц. Когда она вернулась на перекресток, их уже и след простыл.

Я молча слушала. К. выпустил мою руку.

Легкий ветерок покачивал ветви ивы. Плеск весел стал слышнее. Мимо нас проплыла лодка. Я сломала ветку, подержала ее и бросила в воду.

— Греби к дамбе! — крикнула я задремавшему перевозчику.

Мы по-прежнему сидели, тесно прижавшись друг к другу. Я чувствовала на себе пристальный взгляд К., но стоило мне посмотреть на него, как он отводил глаза. Какие они у него красивые! Глубокие-глубокие и такие ласковые!

К. вдруг вспомнил о своем детстве.

Зачем? Я попыталась перевести разговор на другую тему — не люблю тревожить прошлого. К тому же мне надо было кое-что выяснить.

— Так до сих пор ничего и не известно о твоем друге? — спросила я, воспользовавшись паузой.

К. будто не сразу понял, о ком идет речь, недоверчиво взглянул на меня, затем улыбнулся, но тут же на лицо его словно набежала туча. Он тяжело вздохнул:

— Ах, ты о нем спрашиваешь? Могу сказать лишь одно: может быть, он близко, так что до него рукой подать, а может, далеко-далеко, на самом краю света!

— О, можно подумать, что ты говоришь о любимой.

К. грустно улыбнулся, словно не заметил моей иронии, и ничего не сказал.

— А я знаю, кто твой друг и где он.

Я решила обманом вызвать его на откровенность, но К. покачал головой:

— Не знаешь.

— Уверяю тебя. Несколько дней назад я случайно встретилась со старой школьной подругой, мы поболтали с ней, и она неожиданно заговорила о твоем друге…

К. удивленно поднял брови, потом рассмеялся и легонько ударил меня по руке.

— Ерунда! У него не было приятельниц, кроме той…

— Той, которую он любил, хочешь ты сказать? — продолжала я. — В таком случае ты должен знать, что моя подруга училась вместе с его возлюбленной!

— Откуда мне было знать об этом?

— Как видишь, не ты один тревожишься о своем друге, и, если тебе что-нибудь известно, ты обязан поделиться с другими…

— Ничего я не знаю, — покачал головой К. и после короткой паузы добавил: — Честное слово.

Какое-то время мы молчали, затем я спросила:

— К которому часу тебе надо на работу? Может быть, мы успеем сходить в кино?

— Времени у меня совсем мало, но раз тебе так хочется — пойдем как-нибудь.

— Один мой односельчанин выписывает вашу газету. Правда, он ее не читает, но всегда говорит, подняв вверх большой палец: «Газета неплохая, служит богу богатства».

— Как он может так говорить, раз не читает ее?

— Очень просто! — Я улыбнулась. — Для него главное — величина газетного листа, в газету он заворачивает покупки, а покупки посылает бог богатства.

Мы посмеялись, потом К. сказал:

— Здорово он нас поддел, черт побери! Но поверь, работа трудная. Хлопот по горло!

— Не огорчайся, я ведь пошутила! — Мне захотелось успокоить его. — Я знаю, как трудно сейчас приходится сотрудникам газеты, ведь ни о чем нельзя писать, а вопросов уйма. Кто же станет укорять вас?

В это время мы причалили к пристани, К. встал и посмотрел на меня:

— О, мы уже приехали!

В этот вечер он еще несколько раз возвращался к своему делу.

— Ты так волнуешься, словно речь идет о твоей любовнице!

— Еще бы! Разве можно безразлично относиться к просьбе любимой женщины?

— Вот как? А кто утверждал, что это вовсе не любовница? Уж не я ли? — Мне хотелось задеть его за живое.

К. задумался, потом серьезно сказал:

— Так ведь и ты будешь выполнять просьбу этой «любовницы», поэтому прошу тебя, сделать все, что можешь. А я всегда готов помочь!

— Серьезно?

— Неужели ты считаешь меня болтуном?

Я было решила оставить его слова без внимания, но, подумав, сказала:

— В таком случае и ты разузнай об одном человеке.

К. улыбнулся и медленно произнес:

— Я догадываюсь о ком. Но прежде ты должна понять, что я ни разу не лгал тебе.

Глаза наши встретились, и мы, словно по команде, перестали улыбаться.

К. спешил в редакцию — выходил очередной номер газеты, и мы распрощались. Я смотрела ему вслед и вдруг почувствовала непреодолимое желание вернуть его. Я закричала так громко, что привлекла внимание прохожих. Когда же он подбежал ко мне, я лишь улыбалась и никак не могла вспомнить, зачем звала его. А он терпеливо ждал, пока я что-нибудь скажу.