Уильям Фолкнер - Похитители

– Похоже на то, – сказал Бун. Во мгновение ока он совершенно преобразился, как перевернутая страница: игрок в покер, который только что увидел, что партнер напротив получил вторую двойку. – Мы и сейчас перебрались бы, если бы вы, местные, не разводили тут такую грязищу.

– А ты на нас не обижайся, – сказал мужчина. – В наших местах лучшие урожаи как раз вот эта грязь и дает.

– По два доллара с лужи – уж наверняка не больше, – сказал Нед. Прищурившись, мужчина взглянул на него.

– Тебе лучше знать, – сказал он. – На вот, возьми дышло. Сразу видать, ты не спутаешь, где у мула перед, а где зад.

– Слазь и сам запрягай, – сказал Бун. – Не затем мы тебе два доллара платим, чтобы ты нам знатока разыгрывал. В прошлом году ты сам все делал.

– Так то было в прошлом году, – сказал мужчина. – Я все нутро надорвал, ревматизм нажил, бултыхаясь в воде и прицепляя к дышлу эти ваши штуковины. Если так плевать на здоровье, то и обезножеть можно. – И он пальцем не пошевелил, просто подвел мулов поближе, повернул их и поставил рядом, меж тем как Бун с Недом пристегивали постромки к валькам, а потом Бун, сидя на четвереньках в грязи, прицеплял машину к дышлу.

– Как тебе удобнее, чтобы я ее прицепил? – спросил Бун.

– А мне все равно, – сказал мужчина. – Какую часть хочешь вытащить из лужи, за ту и зацепляй. Если хочешь вытащить всю сразу, я на твоем месте зацепил бы за ось. Но сперва я сунул бы все ваши заступы и веревки в автомобиль. Они вам без надобности, здесь по крайней мере. – И мы с Недом так и сделали, а Бун прицепил машину, и потом мы все трое отошли в сторону и стали смотреть. Он, конечно, был знаток, да и мулы к этому времени тоже стали знатоками, и они вытащили машину из грязи, балансируя дышлом с ловкостью акробатов, и повезли ее, и при этом не нуждались в указаниях, разве что изредка в каком-нибудь словечке мужчины, который ехал на ближнем к нам муле, или в прикосновении его прута, и привезли к тому месту, где земли уже было больше, чем воды.

– Все в порядке, Нед, – сказал Бун. – Отцепляй.

– Рано еще отцеплять, – сказал мужчина. – У самого моста еще одна лужа, через нее я задаром перетаскиваю. Ты тут год не был, а за год мало ли перемен. – Он сказал Неду: – Запасной участок – мы это здесь так называем.

– Рождественская середка, так, что ли? – сказал Нед.

– Может, и так, – сказал мужчина. – А что это такое? Нед объяснил ему:

– Это у нас, у маккаслинских, такой обычай был до войны, еще когда старый Люций Квинтус Карозерс был жив, а у молодого Эдмондса его и сейчас соблюдают. Каждую весну на лучшем участке посередке межу проводят, и весь урожай хлопка от этой середки и до крайней межи идет в рождественский общий котел, и потом его на Рождество хозяин между неграми делит. Вот это и есть рождественская середка. Вы тут грязь пашете, а о таком деле и не слыхали. – Мужчина с минуту пристально смотрел на Неда. Через минуту Нед сказал: – Хи-хи-хи.

– Так-то лучше, – сказал мужчина. – Я было подумал, мы с тобой перестали понимать друг друга. – Он сказал Буну: – Лучше бы кто-нибудь за руль сел.

– Ладно, – сказал Бун. – Садись, правь, – сказал он мне. И я полез в машину и потащил с собой всю грязь, что была на мне. Но покамест мы еще не двинулись с места. Мужчина сказал:

– Я раньше забыл предупредить вас, так лучше сейчас предупрежу. Цена-то с прошлого года в два раза выросла.

– Это почему? – сказал Бун. – Машина та же, и лужа та же, и сдохнуть мне, если грязь не та же.

– То было в прошлом году. Сейчас спрос больше. Такой большой спрос, что грех цену не набить.

– Ладно, будь ты проклят, – сказал Бун. – Поезжай. – И мы поехали к следующей луже, и это был позор, потому что двигались мы со скоростью мулов, и так без остановки въехали в лужу и выехали из нее. Перед нами был мост, а за ним мы видели дорогу, она вела вверх, туда, где кончалась низина Адова ручья и начиналась безопасность.

– Ну, теперь можете радоваться, – сказал мужчина. – Пока назад не поедете. – Бун отцепил машину, Нед отстегнул постромки и передал дышло мужчине, так и не сошедшему с мула.

– Мы этой дорогой назад не поедем, – сказал Бун.

– Я тоже бы не поехал, – сказал мужчина. Бун вернулся к луже и смыл немного грязи с рук, потом снова подошел к машине и вынул четыре доллара из бумажника. Мужчина не двинулся с места.

– С вас шесть долларов, – сказал он.

– В прошлом году было два доллара, – сказал Бун. – Теперь ты сказал в два раза дороже. Дважды два будет четыре. Все в порядке. Вот четыре доллара.