Шарлотта Бронте - Эмма Браун

Значит, нужно обратиться за помощью к кому-нибудь другому. Он подумал о мистере Сесиле. Викарий был человеком консервативных взглядов, хотя, с точки зрения христианской морали, их скорее можно было назвать традиционными. Однако он может решить, что лучший выход – отправить Матильду в приют. И мистер Эллин подумал, что в этом деле не обойтись без женщины. Причем ему нужна такая женщина, у которой есть свой интерес в этом деле. Он написал записку, в которой сообщал о том, что он приедет к чаю, и передал ее горничной, чтобы она доставила ее по назначению. Потом он аккуратно записал в свою записную книжку все, что знал о мистере Фитцгиббоне, так как был уверен, что этот таинственный джентльмен имеет ключ к разгадке тайны прошлого юной мисс Матильды. Пытливый и дотошный мистер Эллин не учел только одной маленькой детали, а именно того, что этот джентльмен может и не знать ничего о ее прошлом.

В дни рождественских праздников всегда приходят гости, но два посетителя в один день – это немыслимое количество для Фокс Кло. Только я получила записку от мистера Эллина, как на пороге моего дома появилась еще одна важная особа. Это была мисс Мейбл Вилкокс. Ее яркое одеяние смотрелось вызывающе на фоне моих по-зимнему суровых деревянных панелей, а ее деятельная натура была живым укором моей жизни, которая казалась размеренной и праздной. Ее холодная щека коснулась моей теплой щеки, и она окинула быстрым оценивающим взглядом окружающую обстановку и меня. Поговорив о погоде, она поинтересовалась, нет ли в нашем приходе какой-нибудь достойной семьи, имеющей дочь двенадцати-тринадцати лет.

– Да, я знаю несколько таких семей, – ответила я и уже приготовилась к тому, что мне придется потратить пару часов на светскую болтовню и сплетни, но она сразу же дала мне понять, что у нее, как у директрисы школы, очень мало свободного времени. Она хотела, чтобы я передала этой семье некоторые вещи. Я удивилась, почему же, будучи таким занятым человеком, она не прислала ко мне с этим поручением свою горничную. Я тогда еще не знала, что из домашней прислуги у нее имеется всего одна горничная и что именно эта рабочая лошадка, а не мисс Вилкокс, не может даже на короткое время оторваться от домашней работы.

Она извинилась за то, что вещи в плохом состоянии. «Они принадлежали одной очень неаккуратной маленькой девочке», – сказала она. Я сдержала любопытство и не стала расспрашивать, откуда у нее эти прекрасные наряды, которые подошли бы и для маленькой принцессы, а предложила свою помощь. Я сказала, что с помощью иголки и ниток приведу всю эту одежду в порядок. Я также пообещала закончить свою работу до Рождества и преподнести этот щедрый подарок к празднику той, кому он предназначается, чтобы эта семья смогла должным образом отблагодарить дарительницу.

– Нет, не стоит упоминать моего имени. Мне не нужна ничья благодарность, – поспешно произнесла мисс Вилкокс. В этот момент мне показалось, что здесь кроется какая-то тайна.

– А как же юная леди, которой принадлежали все эти наряды? Может быть, она захочет услышать слова благодарности? – с нескрываемым интересом спросила я.

– Эти вещи ей больше не нужны, поэтому ее совершенно не интересует их дальнейшая судьба, – уверила мисс Вилкокс.

Потом она пригласила меня приехать к ней в гости на Рождество. Я поняла, что сделала она это не от чистого сердца, а лишь для того, чтобы что-нибудь сказать, и я, в свою очередь, чтобы не показаться неблагодарной, ответила, что непременно приеду, хотя мы обе понимали, что это просто пустые слова. Она поблагодарила меня и так быстро покинула мой дом, что мне даже показалось, что она, подобно птице, взмахнула своими ярко-голубыми крыльями и растворилась в воздухе. Когда же я внимательно рассмотрела все это приданое, мое любопытство только усилилось. Я не видела таких роскошных нарядов с тех самых пор, как была гувернанткой Дороти Корнхилл. Похоже, что юная дама, которая столь пренебрежительно обращалась с этими вещами, а потом с такой легкостью избавилась от них, так же, как и моя бывшая ученица, не придавала этим красивым вещам никакого значения. Я принесла свою корзинку с рукоделием и приготовилась к работе, собираясь, как обычно, начать с самого трудного. Среди этих вещей было платье, на котором почти полностью разорвались кружева. Я взяла твердую картонную основу, приколола к ней кружева, выбрала подходящую по цвету шелковую нить и принялась за работу.