Франс Бенгстон - Викинги

Поэтому, когда новость о том, что Торкель пред­принимает большой поход викингов, достигла Орма, он, не теряя времени, стал снаряжать корабль и на­нимать людей, не обращая внимания на слезы и уго­воры Азы. Все знали, что он — человек бывалый, вернувшийся из своих странствий с большим количес­твом золота, поэтому ему было не трудно подобрать хорошую команду. Он сказал Азе, что на этот раз он не собирается отсутствовать так же долго, как в пер­вый, и обещал ей, что когда вернется, то станет жить оседлой мирной жизнью и всерьез займется фермер­ством. Аза рыдала и говорила, что она не переживет такой печали и одиночества, но Орм уверил ее, что она проживет намного дольше него и еще понянчит его детей и внуков. Но от этого она только заплакала еще горше. Итак, они расстались, и Орм отправился на соединение с Торкелем.

В то время, как Торкель все еще стоял у острова Хвен, ожидая благоприятного ветра, флотилия из двадцати восьми кораблей подошла на веслах с юга, и по их знаменам и форме форштевней было видно, что это шведы. Погода была тихая и благоприятствовала битве, и обе стороны приготовились к бою, но Торкель прокричал противникам, кто он и что он желает по­говорить с их предводителем. У шведов было два предводителя, имевших одинаковую власть. Одного звали Йостейн, он был из Уппланда, а другого — Гудмунд, с Восточного Готланда. Они сказали, что пришли помочь королю Эрику грабить Данию, и спро­сили, что еще он желает узнать.

— Если наши флоты начнут битву,— прокричал Торкель,— победителям достанется немного, но мно­гие воины погибнут с обеих сторон. Я говорю вам это, хотя у меня больше шансов на победу.

— У нас на пять кораблей больше, чем у тебя,— прокричали чужеземцы.

— Может быть, — отвечал Торкель,— но мои люди все свежие и только что позавтракали, а ваши устали от гребли, что делает человека менее искусным в обращении с копьем и мечом. Но у меня есть лучшее предложение, от которого мы все выиграем, поскольку я могу назвать более выгодное место, чем Дания, где можно пограбить.

— Мы пришли на помощь королю Эрику,— про­кричал уппландец.

— Я в этом не сомневаюсь,— отвечал Торкель,— а если бы я вступил в бой с вами, то оказал бы хорошую услугу королю Свену. Но если мы вместо того, чтобы драться, объединим свои силы и вместе поплывем в места, уже созревшие для грабежа, мы точно так же послужим своим королям, как если бы мы остались здесь и стали драться друг с другом. Потому что и в том, и в другом случае ни мы, ни вы больше не будем принимать участия в войне, а разница состоит в том, что если мы поступим, как я предлагаю, мы все оста­немся в живых, и много хорошей добычи будет ждать нас, когда мы придем и заберем ее.

— Ты красиво говоришь,— сказал Гудмунд.— В твоих словах есть мудрость, и я думаю, что мы можем взаимовыгодно продолжить этот разговор на более близком расстоянии.

— Я слышал, что вы оба — благородные вожди и честные люди,— сказал Торкель.— Поэтому я не бо­юсь, что вы поступите коварно, если мы встретимся для обсуждения этого вопроса.

— Я знаю твоего брата Сигвальда,— сказал Йос­тейн,— но я часто слышал, как он говорил, что ты, Торкель, будешь покрепче его.

Итак, они решили встретиться на острове и обсу­дить вопрос. Встреча была назначена на берегу у подножия скалы, на виду у кораблей. Йостейн и Гуд­мунд могли взять с собой по три человека каждый, а Торкель — пятерых, с мечами, но без метательного оружия. Так и сделали, и с кораблей воины обеих флотилий могли наблюдать, как поначалу вожди дер­жались на расстоянии друг от друга, а их люди стояли близко у них за спиной. Затем Торкель приказал, чтобы шведам было подано пиво с хлебом и свининой, и вскоре уже можно было видеть, как они сидели в кругу и дружески разговаривали.

Чем больше Йостейн и Гудмунд обдумывали пред­ложение Торкеля, тем лучше оно им казалось, и вско­ре уже Гудмунд оживленно поддерживал его. Йостейн поначалу был против, говоря, что у короля Эрика злая память на тех, кто не оправдал его доверие. Но Торкель соблазнял их деталями великолепной добычи, ожидавшей на Западных островах, и Гудмунд сказал, что беспокоится относительно памяти короля Эрика они будут, когда придет время. После этого они при­шли к согласию относительно разделения власти в походе и о том, как будет делиться добыча, с тем, чтобы потом не возникало никаких споров. А Гудмунд заметил, что столько мяса и разговоров вызывают большую жажду, и похвалил пиво Торкеля. Торкель покачал головой и сказал, что это пиво — лучшее, что он может им сейчас предложить, но оно не идет ни в какое сравнение с английским, ведь в Англии растет самый лучший в мире хмель. Тогда даже Йостейну пришлось согласиться, что, видимо, эта страна стоит того, чтобы ее посетить. Итак, они взялись за руки и поклялись быть честными и соблюдать договор. Затем, когда они вернулись на свои корабли, на каждом из них были забиты по три барана в качестве жертвы силам моря, чтобы погода была благоприятной и пу­тешествие удачным. Все воины были вполне удовлет­ворены результатами переговоров, и репутация Тор­келя, и так очень высокая, еще более окрепла благо­даря мудрости, проявленной им в этом вопросе.