Но, разсуждая такимъ образомъ, м-ръ Домби охотно соглашался, что для полноты семейнаго счастья требовалось еще одно весьма важное условіе. Вотъ уже десять лѣтъ продолжалась его супружеская жизнь; но вплоть до настоящаго дня, когда м-ръ Домби величаво сидѣлъ подлѣ постели въ большихъ креслахъ, побрякивая тяжелою золотою цѣпочкой, высокіе супруги не имѣли дѣтей.
То есть, не то, чтобы вовсе не имѣли: есть y нихъ дитя, но о немъ не стоитъ и упоминать. Это — маленькая дѣвочка лѣтъ шести, которая невидимкой стояла въ комнатѣ, робко забившись въ уголъ, откуда пристально смотрѣла на лицо своей матери. Но что такое дѣвочка для Домби и Сына? ничтожная монета въ огромномъ капиталѣ торговаго дома, монета, которую нельзя пустить въ оборотъ, и больше ничего.
Однако-жъ, на этотъ разъ чаша наслажденія для м-ра Домби была уже слишкомъ полна, и онъ почувствовалъ, что можетъ удѣлить изь нея двѣ-три капли, чтобы вспрыснуть пыль на тропинкѣ своей маленькой дочери.
— Подойди сюда, Флоренса, — сказалъ о. нъ, — и посмотри на своего братца, если хочешь, да только не дотрагивайся до него.
Дѣвочка быстро взглянула на синій фракъ и бѣлый стоячій галстухъ отца, но, не сказавъ ни слова, не сдѣлавъ никакого движенія, снова вперила глаза въ блѣдное лицо своей матери.
Въ эту минуту больная открыла глаза и взглянула на дочь. Ребенокъ мгновенно бросился къ ней и, стоя на цыпочкахъ, чтобы лучше скрыть лицо въ ея объятіяхъ, прильнулъ къ ней съ такимъ отчаяннымъ выраженіемъ любви, какого нельзя было ожидать отъ этого возраста.
— Ахъ, Господи! — сказалъ м-ръ Домби, поспѣшно вставая съ креселъ. — Какая глупая ребяческая выходка! Пойду лучше, позову доктора Пепса. Пойду, пойду. — Потомъ, остановившись y софы, онъ прибавилъ: — мнѣ нѣтъ надобности просить васъ, м-съ…
— Блоккитъ, сэръ, — подсказала нянька, сладенькая, улыбающаяся фигурка.
— Такъ мнѣ нѣтъ надобности просить васъ, м-съ Блоккитъ, чтобы вы особенно заботились объ этомъ юномъ джентльменѣ.
— Конечно, нѣтъ, сэръ. Я помню, когда родилась миссъ Флоренса…
— Ta, та, та, — сказалъ м-ръ Домби, нахмуривъ брови и наклоняясь надъ люлькой. — Миссъ Флоренса — совсѣмъ другое дѣло: все хорошо было, когда родилась Флоренса. Но этотъ молодой джентльменъ призванъ для высокаго назначенія: не такъ ли, мой маленькій товарищъ?
Съ этими словами м-ръ Домби поднесъ къ губамъ и поцѣловалъ ручку маленькаго товарища; но потомъ, испугавшись, по-видимому, что такой поступокъ несообразенъ съ его достоинствомъ, довольно неловко отошелъ прочь.
Докторъ Паркеръ Пепсъ, знаменитый придворный акушеръ, постоянный свидѣтель приращенія знатныхъ фамилій, ходилъ по гостиной взадъ и впередъ, съ сложенными назадъ руками, къ невыразимому наслажденію домового врача, который въ послѣднія шесть недѣль протрубилъ всѣмъ своимъ паціентамъ, пріятелямъ и знакомымъ, что вотъ того и гляди м-съ Домби разрѣшится отъ бремени, и его, по поводу этого событія, пригласятъ вмѣстѣ съ докторомъ Паркеромъ Пепсомъ.
— Ну, что, сэръ, — сказалъ Пепсъ звучнымъ, басистымъ голосомъ, — поправилась ли сколько-нибудь ваша любезная леди при вашемъ присутствіи?
— Ободрилась ли она? — прибавилъ домовой врачъ и въ то же время наклонился къ знаменитому акушеру, какъ-будто хотѣлъ сказать: "извините, что я вмѣшиваюсь въ разговоръ, но случай этотъ важный".
М-ръ Домби совершенно потерялся отъ такихъ вопросовъ! Онъ почти вовсе не думалъ о больной и теперь не зналъ, что отвѣчать. Опомнившись, онъ проговорилъ, что докторъ Пепсъ доставитъ ему большое удовольствіе, если потрудится взойти наверхъ.
— Ахъ, Боже мой! — сказалъ Паркеръ Пепсъ. — Мы не можемъ больше отъ васъ скрывать, что ея свѣтлость герцогиня — прошу извинить: я перемѣшиваю имена, — я хотѣлъ сказать, что ваша любезная леди чувствуетъ чрезмѣрную слабость и во всемъ ея организмѣ замѣтно всеобщее отсутствіе эластичности, a это такой признакъ, котораго мы…
— Не хотѣли бы видѣть, — перебилъ домовый врачъ, почтительно наклонивъ голову.
— Именно такъ, — сказалъ Паркеръ Пепсъ, — этого признака мы не хотѣли бы видѣть. По всему замѣтно, что организмъ леди Кенкеби, — прошу извинить, я хотѣлъ сказать организмъ м-съ Домби, — но я всегда перемѣшиваю фамиліи паціентовъ.
— Еще бы, при такой огромной практикѣ! — бормоталъ домовый врачъ. — Мудрено тутъ не смѣшивать. Докторъ Паркеръ Пепсъ знаменитый, велик…
— Очень вамъ благодаренъ, — прервалъ докторъ. — Такъ я хотѣлъ замѣтить, что организмъ нашей паціентки выдержалъ такое потрясеніе, отъ котораго, быть можетъ, она освободится; но для зтого необходимо съ ея стороны болыіюе, крѣпкое и…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу