Томас Рид - Жена-девочка

Под «Его светлостью» понимался мистер Свинтон, который должен был прибыть следующим за ними пароходом.

Однако когда прибыл следующий пароход, никакого пассажира с именем Свинтон в его списках не оказалось, и тем более пассажира с титулом «лорд». И последующий, и пришедший следом за ним, и еще около полдюжины пароходов, — никакого Свинтона нет. Нет и в газетах информации о прибытии лорда, и в «Кларендоне» он не появляется!

Уж не произошла ли какая-нибудь неприятность с лордом, путешествующим инкогнито? Или он просто забыл свое обещание, что, конечно, было бы очень неприятно для миссис Гирдвуд? В любом случае, он должен был написать. Джентльмен поступил бы именно так, если только он не мертв.

Однако никаких сообщений о смерти в газетной хронике также не появлялось. Подобное сообщение не было бы пропущено вдовой лавочника, которая каждый день читала лондонскую «Таймс» и обращала особое внимание на списки прибывших.

Она пришла к убеждению, что представившийся ей дворянин, случайно встреченный в Ньюпорте и затем посетивший ее на Пятой авеню в Нью-Йорке, либо никаким дворянином не был, либо в одиночку вернулся в свою страну под другим именем и теперь почему-то избегал продолжения знакомства.

То, что многие из ее знакомых соотечественников, путешествующих в одиночку, регулярно прибывали в Англию, было для нее слабым утешением. Среди них были мистер Лукас и Спайлер — такова была, кажется, фамилия друга Лукаса. Но ни один из них не мог удовлетворить интереса миссис Гирдвуд. Никто из них ничего не знал о местонахождении мистера Свинтона. Они не видели его со времени обеда в доме на Пятой авеню, и ничего о нем с тех пор не слышали.

Было совершенно ясно, что он прибыл в Англию и скрылся от них, — то есть от миссис Гирдвуд и ее девочек. Так думала мать.

Это был вполне достаточный повод, чтобы покинуть страну. Так она и решила, отчасти для того, чтобы продолжить поиски титула для своей дочери (с этой целью она и прибыла в Европу), отчасти для того, чтобы продолжить «тур по Европе», как это называли многие из ее соотечественников.

Дочь отнеслась к ее решению безразлично, а племянница, конечно, не возражала.

И они продолжили свое путешествие.

Десять дней спустя после того, как миссис Гирдвуд покинула отель «Кларендон», некий джентльмен появился перед гостиничным портье и спросил:

— У вас остановилась семья по фамилии Гирдвуд — одна леди средних лет и две молодые — ее дочь и племянница, а также негритянка, их служанка?

— Да, у нас останавливалось семейство с такой фамилией — приблизительно две недели назад. Но они уже оплатили счет и уехали.

Портье сделал акцент на оплате счета. Этим он хотел подчеркнуть респектабельность уехавших постояльцев.

— Вы знаете, куда они уехали?

— К сожалению, у меня нет никаких сведений об этом. Они не оставили адреса. Скорее всего, они янки — точнее, американцы, я думаю, — сказал он, поправляя себя, чтобы ненароком их не обидеть. — Очень красивые леди, особенно молодые. Я могу предположить, что они вернулись в Штаты. Так они, я слышал, называли свою страну.

— В Штаты! Да, нет, разве это возможно? — воскликнул про себя посетитель, затем спросил: — Как давно они покинули гостиницу?

— Около двух недель назад, что-то вроде этого. Я могу посмотреть в книге регистрации и сказать вам точно!

— Прошу вас, посмотрите и скажите!

Цербер «Кларендона» — со скромными просителями он был строг, как семиглавый дракон — открыл ящик регистраций и начал изучать его содержимое. На него произвел впечатление внешний вид господина, обратившегося к нему с просьбой, и он не мог отказать этому «важному джентльмену».

— Выехали двадцать пятого, — сказал он, глядя на регистрационную запись. — Лорд С. и Леди С.; Хон. Аугуст Стэйшен; герцогиня П.; миссис Гирдвуд и ее семья — это они. Они уехали двадцать пятого, сэр.

— Двадцать пятого? В котором часу?

— О нет, я этого не запомнил. Вы сами видите, как много было въезжающих и отъезжающих. Но, судя по тому, что их имена в списке одни из первых, я полагаю, они уехали утренним поездом.

— Вы уверены, что они уехали и не оставили ни для кого сообщения?

— Я могу спросить. Как ваше имя, сэр?

— Свинтон. Мистер Ричард Свинтон.

— Кажется, они спрашивали это имя, несколько раз. Да, пожилая леди спрашивала вас — она мать молодых леди, я полагаю. Я узнаю, не оставила ли она сообщения.

Портье покинул свое место и направился внутрь отеля, оставив растерянного мистера Свинтона одного.