Чжоу Ли-бо - Ураган

Все устремились в низину и там увидели бандитов. Сгорбившиеся, с искаженными от страха лицами, они стояли по колено в жидкой грязи и, моля о пощаде, держали винтовки над головами. Когда подошел человек с маузером, крестьяне бросили пики и захлопали в ладоши. Один крестьянин взобрался на пригорок, прикрыл глаза рукой от солнца, огляделся и весело закричал:

— Ого-го! Да наших не меньше тысячи…

— Откуда тысяча? — возразили ему. — Самое большее — рота. Хватил!

Связанных бандитов вывели из болота и пересчитали. Их было тридцать семь человек.

Человек с маузером оказался командиром роты Ма. Сяо Сян подошел и пожал ему руку. Они были давно знакомы, и между ними тотчас же завязался разговор.

Ма рассказал, что записка была получена в обед. Чжан, доставивший записку, настаивал, чтобы рота шла напрямик в деревню Юаньмаотунь, полагая, что банда уже там.

— Я сказал: нет! Сначала зайду в деревню Саньцзя, а уже оттуда двинусь на север. Я знал, что не опоздаю, что ты сумеешь задержать бандитов.

— Что ты с этой сволочью намерен делать. Отдашь их нам или как… — улыбнулся Сяо Сян.

— Не отдам! — отрезал Ма. — Доставлю в уездный город. Парочку отправлю в Имяньбо. Пусть там полюбуются на живых бандитов.

— А Ханя-седьмого ты уж здешним крестьянам оставь, товарищ Ма. Он им много зла причинил! Эй! — крикнул начальник бригады. — Кто знает Ханя-седьмого, пусть укажет! Возьмем его себе.

Крестьяне бросились к пленным, заглядывая каждому в лицо, но главаря они так и не нашли.

— Должно быть сбежал! — воскликнул кто-то.

— Сбежал? — переспросил Хуа Юн-си. — Как же так, товарищи! Раков вытащили целую сеть, а большую рыбу упустили.

— Тигра на сопку выпустили, — возмутился человек в соломенной шляпе. — А обещали: «живьем возьмем». Где теперь искать его в таком просторе? Залезет в гаолян, тысяча человек его не найдет…

— С него все станет: хитер как лисица.

— Как можно было оставить на воле такого злого чорта! — с досадой сказал Хуа Юн-си.

Командир роты чувствовал себя виноватым. Неужели он действительно выпустил главаря? Нет, банда окружена по всем правилам военного искусства…

— Постойте, — проворчал Ма. — Не убит ли он? Я сейчас расспрошу пленных, а вы обыщите все кругом.

Пленные точно не знали. Одни говорили, что убит, другие — бежал, третьи, опустив головы, молчали.

Сяо Сян послал Хуа Юн-си и человека в соломенной шляпе искать Ханя-седьмого среди убитых.

— Вот он! — раздался вдруг голос Хуа Юн-си из кустов орешника.

Люди с радостными криками бросились туда.

Грянул выстрел.

— Кто стреляет?

— Я, — отозвался Хуа Юн-си.

— Как, разве он живой?

— Нет, мертвый…

— Зачем же палишь?

— Боюсь, чтоб не сбежал:

— Мертвый да убежит, — сказал кто-то, и все дружно рассмеялись.

Крестьяне окружили труп заклятого врага. Хань-седьмой лежал на спине, широко раскинув руки. Неподвижные глаза его были устремлены в небо.

Весть о смерти главаря бандитов молниеносно разнеслась. Крестьяне толпой повалили к орешнику. Всем хотелось удостовериться, что Хань-седьмой, так долго наводивший ужас на деревню Юаньмаотунь, наконец уничтожен.

Ротный писарь, подсчитав трофеи, доложил: тридцать шесть винтовок, браунинг и маузер.

— Хорошо, — сказал Ма. — Двенадцать винтовок оставим тебе, товарищ Сяо, вооружи ими бойцов отряда самообороны. Остальные возьмем с собой.

Выйдя из орешника, крестьяне окружили командира.

— Товарищ командир роты Ма, просим зайти в нашу деревню, передохнуть денек-другой.

— Ничего особенного у нас, конечно, нет, но свежей кукурузы вдоволь. Уж не побрезгайте нашим угощением, — приглашали крестьяне.

— Нет, — ответил командир, — к сожалению, не могу. Спасибо за внимание, но мы должны сейчас же вернуться в город.

— Как же так, товарищ Ма?.. Разбили банду, спасли нас и наши семьи и хотите уйти назад, даже чаю не напившись. Не отпустим! Так нельзя!

Обняв бойцов за плечи, крестьяне тащили их за собой. Те со смехом отбивались.

Наконец Сяо Сян и Лю Шэн растолковали своим людям, что у роты определенное задание и командир не имеет права задерживаться: военные самим себе не принадлежат. Лишь после этого крестьяне отступились.

— Нарвем тогда поскорей кукурузы, груш и орехов да подарим товарищам на дорогу, — предложил Хуа Юн-си.

Все дружно принялись за работу.

— Чье это поле? — спросил Хуа Юн-си.

— Чье бы ни было, рви! Потом возместим хозяину.

Нагруженные кукурузой, дикими грушами и орехами, крестьяне бегом догоняли уходившую роту и наперебой совали подарки за пазуху бойцам.