Герман Мелвилл - ОМУ

Так оно и было; водяные вытащили камень из петли, и нас стало относить от берега.

Над мартаирскими холмами занималось ясное утро, суля прекрасный день для охоты.

Все приготовления были сделаны накануне, и когда мы вошли в дом, Коротышка угостил нас хорошим завтраком, а старый Тонои суетился, как хозяин гостиницы. Несколько его подданных также ждали, чтобы сопровождать нас и нести тыквенные бутылки с едой; если охота окажется успешной, им предстояло на обратном пути выступать в роли носильщиков и тащить нашу добычу.

Узнав накануне вечером о замышляемой охоте, доктор выразил желание принять в ней участие.

Последовавшие события заставили нас заподозрить, что вся эта экспедиция была лишь хитроумной уловкой со стороны янки.

С каким лицом сможем мы отказаться от работы после того, как он возьмет нас на такую приятную прогулку? Да еще так благородно предоставляет нам свободный день? Ведь он не преминул заверить нас, что, будем ли мы работать или развлекаться, все равно жалованье нам идет.

В распоряжение доктора было предоставлено старинное ветхое ружье Тонои, очень короткое и тяжелое, с неуклюжим затвором и тугим курком, для спуска которого требовалось приложить немало усилий. Долговязый Дух испробовал ружье, выстрелив из него в цель, и с удовлетворением убедился, что оно действует безотказно: пуля полетела в одну сторону, а он сам в другую.

После этого доктор попытался убедить Коротышку поменяться ружьями, но тот не поддался на уговоры, и в конце концов он поручил тащить свое оружие одному из туземцев. Выстроив отряд, мы пустились в путь к верховью долины. Вблизи оттуда начиналась тропинка; она вела к цепи гор, считавшихся излюбленным убежищем быков.

Добравшись до перевала, мы почти сразу увидели невдалеке небольшое стадо, которое входило в лес. Мы прибавили шагу и, разделившись на группы, каждая из которых состояла из одного белого и нескольких туземцев, также вступили в лес в четырех разных местах.

Вскоре я очутился среди густых зарослей; оглядевшись, я только что успел выбраться на открытую поляну, как вдруг раздался выстрел и пуля сбила кору со стоявшего поблизости дерева. В то же мгновение послышались топот и треск ломаемых ветвей, и пять быков, бежавшие почти в ряд, показались в просвете между деревьями и бросились как раз к тому месту, где находились я и три островитянина.

Это были низкорослые свирепые животные с черной шерстью, короткими острыми рогами, красными ноздрями и горевшими, как раскаленные угли, глазами. Они приближались, низко опустив темные, покрытые густой шерстью головы.

К этому времени моя туземная подмога уже сидела на деревьях. Бросив мгновенный взгляд вокруг, чтобы присмотреть себе на случай необходимости путь к отступлению, я вскинул ружье, когда из чащи послышался голос Коротышки: «Цельтесь между рогами, Поль! Прямо в середину между рогами!» — Я опустил дуло ружья, ловя на мушку белый клочок шерсти на лбу переднего быка, и, послав пулю, отскочил в сторону. Когда я снова обернулся, пять быков пронеслись мимо, оставив за собой воздушный вихрь.

Тут выскочил янки и приветствовал их выстрелом с фланга. В ответ на это свирепый маленький бык с клочком шерсти на лбу, взмахнув длинным хвостом и ударив себя по крестцу, поддал задними ногами и помчался во весь опор. Пуля лишь слегка оцарапала его. Через мгновение быки скрылись из виду и только заросли, в которых они исчезли, шевелились наверху, отмечая их путь.

Когда стычка уже кончилась, появилась тяжелая артиллерия в лице долговязого доктора с его пищалью.

— Где они? — крикнул он, еле переводя дух.

— В данный момент мили за две, — ответил лондонец. — Черт возьми, Поль! Вы должны были влепить пулю в этого маленького черного.

Пока я приводил всяческие оправдания в объяснение своего промаха, Зик, бросившись вперед, внезапно воскликнул:

— Ради бога! Что вы там делаете, Питер?

Питер, разъяренный неудачей и по неведению приписав ее трусости наших туземных помощников, направил дуло своего ружья на дрожащего оруженосца, слезавшего с дерева.

Доктор нажал курок, и пуля пролетела высоко над головой островитянина; тот спрыгнул на землю и, вскрикнув дурным голосом, пустился бежать со всех ног. Остальные после этого шли за нами, дрожа от страха.

Снова построившись походным порядком, мы несколько часов двигались вперед, но не заметили ни одного животного, так как выстрелы были слышны на большом расстоянии. Наконец, мы взобрались на крутую гору, чтобы осмотреть окружающую местность, и оттуда увидели трех быков, которые мирно паслись внизу на зеленой поляне среди леса; деревья скрывали их со всех сторон.