— Да, конечно, мнѣ лучше было бы подождать, замѣтилъ м-ръ Уаткинсъ. Но всего не сообразишь въ такую минуту.
— Понятное дѣло! — сказалъ лордъ Авелингъ. — Но вамъ порядочно досталось, вы прихрамываете… Не угодно ли вамъ оперѣться на мою руку, пока я доведу васъ…
Онъ велъ его къ дому. Такимъ образомъ, вмѣсто того, чтобы влѣзть въ его аристократическое жилище черезъ окно, м-ръ Уаткинсъ, слегка подвыпившій и снова готовый смотрѣть на вещи съ своймтвеннымъ ему юморомъ, вошелъ въ него параднымъ крыльцомъ и подъ руку съ настоящимъ англійскимъ пэромъ, — «Воть, думалъ онъ про себя, — что называется грабежъ съ почетомъ! „Мошенники“, въ которыхъ онъ могъ вглядѣться теперь при газовомъ освѣщеніи, оказывались простыми вольнопрактиикующими изъ мѣстныхъ любителей и были совершенно незнакомы м-ру Уаткинсъ. Ихъ заперли въ чуланъ, приставя къ нимъ стражу изъ трехъ полисменовъ, двухъ лѣсниковъ съ заряженными ружьями, дворецкаго, конюха и еще одного поденщика. На разсвѣтѣ, этотъ конвой долженъ былъ препроводить ихъ въ газельгартскій полицейскій участокъ.
М-ръ Уаткинсъ находился, между тѣмъ, въ гостиной въ роли дорогого, уважаемаго гостя. Его усадили на диванъ и слышать не хотѣли о его возвращеніи въ деревню тотчасъ же, ночью. Лэди Авелингъ находила его занимательно-оригинальнымъ, и шепнула мужу, что воображала себѣ настоящаго художника именно такимъ: грубоватымъ, полупьянымъ, отважнымъ, ловкимъ и съ красивыми, впавшими глубоко глазами. Кто-то изъ прислуги принесъ милорду замѣчательную складную лѣсенку, найденную подъ окномъ уборной. Милордъ показалъ ее м-ру Уаткинсу, который полюбовался на остроумное изобрѣтеніе. Ему сообщили тоже, что по садовымъ дорожкамъ были протянуты проволоки, очевидно, съ цѣлью затруднить погоню. Счастливъ былъ м-ръ Смитъ, что избѣжалъ этихъ ловушекъ! Ему показали, наконецъ, и самые брилліанты.
М-ръ Уаткинсъ старался говоритъ какъ можно менѣе и, въ случаѣ затруднительности бесѣды, начиналъ слегка охать, ссылаясь на разныя боли. Наконецъ, его одолѣла зѣвота и чувство какого-то онѣмѣнія во всемъ тѣлѣ. Хозяева догадались, что задерживать его долѣе въ гостиной были жестоко: ему, очевидно, надо было отдохнуть послѣ такой передряги, и его проводили въ назначенную ему комнату, отдѣлявшую собственную половину милорда отъ уборной милэди.
* * *
Восходящее солнце освѣтило покинутый въ паркѣ мольбертъ съ полотномъ, на которомъ была выведена зеленою краскою неучтивая надпись, и застало большой переполохъ въ гаммерпондскомъ домѣ. Но если эти солнечные лучи подмѣтили гдѣ нибудъ м-ра Уаткинсъ съ драгоцѣнностями лэди Авелингъ, то они все же не догадались донести объ этомъ полиціи.
1894
Академіей называютъ нагую человѣческую фигуру, но Уаткинсъ принимаютъ это слово лишь въ смыслѣ зданія, и потому говоритъ далѣе: "И тоже въ Хрустальномъ дворцѣ".
Здѣсь игра словъ: figure означаетъ фигуру (чье-нибудь изображеніе) и тоже цифры, почему Уаткинсъ и говорить о счетахъ.